Всю жизнь он надеялся, что с возрастом станет более солидным или хотя бы заведет постоянные отношения, но до сих пор ему этого не удавалось. Его любовная жизнь складывалась, как и раньше, чрезвычайно разнообразно, и дам он менял чаще, чем мятые льняные костюмы, с которыми он носил рубашки с расстегнутым воротом и без галстука и в которых не работал, а жил.
Маклерская фирма, на которую Кай работал, имела связи со всем миром, и он руководил бюро в Сиене. Его сотрудники сменялись часто, за исключением Моники, которая уже на протяжении семи лет приносила ему кофе по утрам, делала язвительные, вплоть до наглости, замечания, координировала его встречи и утешала заинтересованных лиц, пока Кай отсыпался после очередной пьянки. Она была словно скала, она содержала бюро в порядке и была единственной из его окружения, кого он еще не опрокинул на спину. Возможно, это и было причиной того, что для нее еще не подвернулся повод сменить трудного, а временами более чем утомительного работодателя.
— Он уже здесь! — укоризненно прошептала Моника, когда Кай в десять минут двенадцатого подчеркнуто небрежно появился в дверях.
— Да, ну и что? Я тоже уже здесь. Он что-нибудь говорил?
Моника попыталась презрительно фыркнуть, что в ее исполнении было похоже скорее на икоту, и Кай ухмыльнулся:
— Сделай нам два кофе, пожалуйста.
— Я ему уже один сделала.
— Все равно сделай нам два кофе. Если ему это покажется слишком много, он может тайком вылить его в горшок с геранью.
Впервые за утро Моника улыбнулась.
Через два кофе, одну бутылку минеральной воды, десять кексов и полтора часа Кай, улыбаясь, выпустил шариковую авторучку из рук.
Коллега-маклер, который сидел перед ним, был однозначно «с другого берега»[15] и даже не пытался этого скрывать.
Это удивило Кая, поскольку обычно маклеры старались придавать себе вид скромный и общественно корректный. Очевидно, причиной этого было то, что Матиас фон Штайнфельд сейчас не должен был убеждать клиента в достоинствах недвижимости, а находился здесь по своим делам.
— О’кей, — сказал Кай, — я бы предпочел, чтобы мы оставили игры в стороне и перешли к делу. Вы знаете все эти трюки так же хорошо, как и я, и это только будет стоить нам времени. Я мог бы показать пару объектов, чтобы разогреть вас, хотя и знаю, что они не вполне оптимальны, а затем вытащить козырную карту, о которой знаю, что вы на нее точно наброситесь. Полагаю, вы в Берлине делаете точно так же, но нам друг перед другом ничего изображать не надо. Давайте сэкономим на закусках и перейдем к medias res[16].
— Согласен, — весело сказал Матиас.
— Тогда я сейчас отвезу вас к недвижимости, которая, как мне кажется, именно то, что вам нужно. После всего, что вы мне рассказали о своих предпочтениях, я практически убежден, что этот объект будет единственно подходящим для вас.
— Вы разбудили во мне любопытство.
Матиас поднялся. Этот энергичный маклер, который, похоже, был себе на уме, понравился ему.
По дороге через Крету они разговаривали об упрямых клиентах с их безумными требованиями, одни из которых неделями гоняли маклеров от объекта к объекту и в итоге ничего не покупали, а другие, витавшие в облаках, уже при подъезде к недвижимости говорили: «Покупаю!» — и потом их невозможно было убедить отказаться от этого поспешного решения.
Почти через час они добрались до Сан Гусме. Они объехали вокруг городской стены, свернули на покрытую щебенкой дорогу и проехали мимо Вилла д’Арчено по оригинальной кипарисовой аллее наверх к Монтебеники.
Кай на своем внедорожнике смело проехал через узкие переулки и выехал на пьяццу.
— Вот мы и на месте, — небрежно сказал он и вышел из машины.
Матиас видел немало средневековых населенных пунктов и городков и, бывало, сиживал на таких площадях, но эта была какой-то особенной. Она была почти круглой, окруженной маленькими трехэтажными домиками, которые были разного цвета и прижимались друг к другу, и во все можно было войти по наружным тосканским лестницам. Тут же был фонтан — реликт места встречи из древних времен. Однако вершиной всего был castello[17], с размахом отреставрированный и отремонтированный, что придавало всей площади вид, средний между деревенским и городским.
Матиас сразу увидел, что на балконе, который выступал на площадь, было написано «Vendezi», то есть «продается».
— Речь идет о роскошной квартире в средневековом городе, расположенной на верхнем этаже дома, с выходом на террасу. Это нечто особенное! Подобную квартиру невозможно найти, потому что с террасы этого дома у вас будет вид на половину Тосканы.
Матиас это никак не прокомментировал. Он привык к словам восхищения, даже из собственных уст.
Они поднялись по тосканской лестнице и вошли в квартиру.
