Пибоди с Макнабом привалились друг к другу в кресле, как щенята. Баннер раскинулся ничком на полу, вялое тело Галахада вытянулось у него на пояснице, точно широкий меховой пояс.
– Черт, и правда копы… – пробормотал Рорк и, сдаваясь, поставил Еву на ноги.
– Растолкай Баннера, – попросила она, а сама подошла к Пибоди и тронула ее за плечо.
– Не сейчас… – Пибоди перевернулась. – Утром…
– Фи! – изрекла Ева и сильнее ткнула напарницу.
– Не-а, утром…
Глаза Пибоди открылись, поморгали и непонимающе уставились на Еву.
– Что такое? Ты? Мы где?
– Буди Макнаба, дуйте спать, и больше ни слова про утро!
– Что? Погоди! – Она хотела сесть.
Макнаб пошевелился и крепче ее обнял, положив руку аккурат на левую грудь.
– Гм… – Пибоди убрала руку. – Надо было прикорнуть на пять минут…
– Теперь в вашем распоряжении три с половиной часа.
– Ева, помилосердствуй! – вмешался Рорк.
– Ладно, четыре. Встречаемся здесь в семь тридцать.
– Не поймали?
– Поймаем. Подробности в половине восьмого. Вычеркнули из списка три дома, машина под наблюдением. Давай на боковую.
Она вышла вон, мимо Баннера, который сидел на полу, тщетно пытаясь стряхнуть сон.
Кот дружелюбно ткнулся в него головой и, бросив нового приятеля, потрусил за Евой.
Еве снились жестокие кровавые сны, в которых Джейла Кемпбелл открывала мертвые глаза и обвиняла:
Сны, в которых над ней ядовито насмехалась мать:
Сны, где все жертвы лежали на прозекторских столах, сдвинутых в кучу в ее кабинете.
И потому не прошло и трех часов, как она вновь открыла веки.
Приподнялась. Рорк крепче ее обнял.
– Еще рано…
– Они не дают мне спать! Покойники эти. Все спрашивают, как я могу…
– Ева, детка, это ты себя спрашиваешь, а не покойники! – Он погладил ее по спине. – Я думаю, со смертью приходит понимание того, что при жизни недоступно. Мертвые видят, как ты выкладываешься.
– Не уверена… Хотя, может, оттого они такие и злые, что все знают?
Он рассмеялся.
– Отдохни еще немного!
– Не могу, пора. Это решающий день, Рорк! Если мы их сегодня не найдем, Кемпбелл – труп, и Маллиган, вероятно, тоже. Я это знаю не хуже, чем мертвецы из сна. Считаные часы – и потеряем обоих!
– Хорошо, тогда за дело.
Он уступил ей душ, чтобы затопить камин и запрограммировать кофе. И еще кое-что. Когда она вышла из ванной, протянул стакан.
Ева помрачнела.
– Нет!
– Выпей. Или не получишь кофе.
– Хрен тебе! И на-кося выкуси!
– От него не будет заведенности, как от ваших полицейских энергетиков. Постепенный и разумный подъем энергии. К тому же я разбавил – все равно ты весь день догоняешься кофе. Пора бы тебе доверять мужу!
Она припомнила, что последний энергетик, на который он ее уговорил, оказался вполне себе ничего.
– На тот не похоже…
– Это новый. Продаем уже несколько недель за границей и в Азии. Управление по санитарному надзору, ФБР и все прочие ваши аббревиатуры шевелятся слишком медленно.
– Только не департамент полиции и безопасности Нью-Йорка!
Он улыбнулся.
– Это как посмотреть… Давай, ради меня. – Снова протянул стакан.
Она взяла, пригубила, нахмурилась.
– На вкус, как… зеленый виноград!
– Твой любимый. – Протянул кофе. – Я быстро в душ. Оденься потеплее, ладно? Я смотрел прогноз, мокрого снега не будет, но все равно холодно. Максимальная температура – «приятные плюс восемь».
– Кому это может быть приятно…
Она надела на майку сизый кашемировый свитер, а жакет, брюки и ботинки выбрала черные.
Рорк, вероятно, закатит глаза, скажет, как всегда, что-нибудь про «добавить красок»…
Он появился из ванной с полотенцем вокруг бедер и, наклонив голову, изучил ее наряд.
– Очень по-деловому! Образ женщины сильной, жесткой, почти яростной. Для такого дня – хороший выбор!
– Шутишь?
– И не думал.
– Вовек не освою!.. Я в кабинет. Разносолы подадим, когда остальные встанут?
– Отлично. Ждать недолго.
– А у тебя разве не запланированы в голографической комнате переговоры с Катманду? Кстати, это всамделишное название?
Он рассмеялся, подходя к гардеробной.
– Всамделишное. Я их перенес. Могу тебе помочь, если надо, поработаю утром дома.
Она уже пошла было вон, но вернулась и крепко его обняла.
– Все время забываю…
Он приподнял ее подбородок и поцеловал.
– Как ты помнишь, я это вижу.
– Я стараюсь.
Ева рассчитывала первым делом выпить еще кофе, а потом углубиться в работу, пока не привалили остальные. Почти час на то, чтобы снова обдумать факты и кое-что проверить…
В кабинете за дополнительным компьютером уже восседала с чашкой Пибоди.
– Ты рано!
Ева кивнула, продолжая двигаться в направлении кухни и кофе.
– Ты тоже.
– Решила поковыряться часок с тем, другим делом.
Другое дело, вспомнила Ева и решила сразу запрограммировать целый кофейник – народу много, и работа предстоит нелегкая.
Да, другое дело… Она скинула его на Пибоди, обещала помочь…
