Дженкинс взял пульт проектора и направил его на свой ноутбук. На экране появилось черно-белое изображение треугольной горной вершины. Обведенный красным кружком, под тонким слоем снега угадывался контур какого-то предмета — размером с атомную подводную лодку, веретенообразной формы и с прямыми краями. Он был черным и блестел на солнце.
— Это не советский бункер? — попробовал угадать Хейл.
— Мы с вами прекрасно понимаем, что нет. — Слова Тома Дженкинса прозвучали весомо и уверенно. — Такие ветераны, как вы, наверняка в курсе этой истории, — продолжил он. — Известно и то, что в Лэнгли пришли к выводу, будто эта штука на леднике Паррота может быть только Ноевым ковчегом. Я ошибаюсь?
— Беда в том, господин Дженкинс, что я атеист. Не верю я в эту китайскую грамоту, — отрезал Хейл.
— Если уж на то пошло, то грамота иудейская.
Голос, раздавшийся от двери, принадлежал молодой женщине, явно из компании Дженкинса. В ее тоне не было ни капли иронии.
— Ладно, иудейская, — безропотно согласился атташе.
Это была смуглая красавица, и ее манера держаться ясно свидетельствовала о немалом сроке армейской службы за плечами.
— С вашего позволения, господа, — продолжила она, — я бы еще уточнила: шумерская грамота.
— Шумерская?
Рик Хейл не знал, куда глаза девать.
— Оригинальное повествование о потопе восходит к шумерам, мистер Хейл. Любому студенту-новичку, изучающему древнюю историю, известно, что именно они первыми создали хронику Великого потопа, в которой упоминается спасительный ковчег.
— Простите, мисс, кто вы?
— Эллен Уотсон, — представилась она, выходя вперед и протягивая ему длинную руку с ухоженными ногтями. — Я тоже работаю на администрацию президента. Вы позволите перейти к сути дела?
— С удовольствием, — улыбнулся атташе, выключая проектор и зажигая свет в помещении.
— Вот и хорошо, — согласилась она. — Расскажите мне о проекте «Элиас», на который работал Мартин Фабер.
У атташе по разведке американского посольства в Испании екнуло сердце. Какого черта?..
— Вы имеете в виду операцию «Элиас»?
— Именно так.
Рик Хейл сглотнул:
— Я не вправе излагать вам подробности, не удостоверившись прежде в вашем допуске к секретным материалам. Вопрос национальной безопасности.
— Мой уровень доступа — это уровень Белого дома, мистер Хейл, — ответила она.
— Сожалею, но этого недостаточно. В этом случае — нет.
— Итак, вы не расскажете мне об «Элиасе»?
Лицо женщины помрачнело.
— Нет, если вы не представите письменное разрешение за подписью директора Агентства национальной безопасности Майкла Оуэна. Вы с ним знакомы, да?
— Жаль, — вздохнула женщина. — Хотя, полагаю, вы мне все-таки можете сказать, что сообщила жена мистера Фабера в беседе с вашим агентом. Вам известно, говорили ли они о ковчеге? Она рассказала, почему ее муж столь одержим этой библейской реликвией?
Хейл не заметил ни малейшей иронии в ее вопросах. Более того, он почувствовал, что если не сможет дать ей убедительный ответ, то ситуация обернется против него.
— Боюсь, их беседа носила куда более прозаический характер, мисс Уотсон, — произнес он наконец.
— Прозаический?
— Моему агенту не хватило времени, чтобы завершить разговор. Он почувствовал легкое… — Хейл лихорадочно подбирал щадящую формулировку, — недомогание.
— И какого рода недомогание?
Глаза Дженкинса сверкнули.
— В настоящий момент я не располагаю четкой информацией о случившемся, — сознался Хейл, стиснув зубы. — Но непосредственно перед нашей встречей мне позвонил направленный в Сантьяго агент, полковник Николас Аллен, и у него не слишком приятные новости.
— Не понимаю, — возмутилась Эллен.
— Это потому, что вы еще не знаете: прошлой ночью полковник Аллен
— Кто-то попытался убить Хулию Альварес?
— Не беспокойтесь. Никто не пострадал. Дело в том, что она осталась под защитой нашего человека, и… ладно, я могу сказать вам лишь то, что, пока они беседовали, кто-то применил против них оружие класса ЭМ. Аллен был выведен из строя на час, а за это время женщина исчезла. В эту минуту уже разослан приказ о ее розыске.
— Оружие класса ЭМ? Электромагнитное? — Том Дженкинс не мог опомниться от удивления. — В черте города, в Испании? Вы уверены? Это звучит столь же нелепо, как обвинять русских в применении ядерного оружия с целью захвата супермаркета в Нью-Гемпшире.
— Понимаю, что вам это кажется странным. Использование электромагнитного вооружения ограничено полигоном Министерства обороны, но многие недружественные нам страны прекрасно осведомлены о принципах его действия. Честно говоря, если вы посмотрите в Интернете, то увидите, что эта информация открыта для всех.
— Не понимаю, что вы пытаетесь нам сказать, мистер Хейл, — запротестовала Эллен, не спуская с него глаз.
— АНБ считает, что некий противник Соединенных Штатов затевает что-то за нашей спиной, — пробурчал он. — Что-то очень серьезное.
— А я опять нарушу секретность, если попрошу вас слегка уточнить, о каком таком мифическом враге идет речь? — издевательским тоном проговорила Эллен.
