Мы сидели друг напротив друга и терпеливо сшивали плотные куски шерстяной ткани. Разговор наш вертелся в основном вокруг домашних забот. Она уточнила, когда привезут дрова, рассказала в какой лавке лучше закупаться большими партиями, чтобы сэкономить, а потом беседа как-то плавно перетекла к моей будущей работе.
-- А чем же ты торговать надумала?
-- Я все никак решить не могу, госпожа Ханна. Не понимаю, что выгоднее будет. Можно конечно и просто хлебом с сыром, но ведь и налог большой, да еще и серебрушку сверху платить надо. Мне прямо боязно, что не окупится такая торговля. Скорее всего я муки закуплю и попробую пироги печь. Готовила б плов, но не представляю, как его упаковывать.
-- Плов? Что за блюдо такое?
-- Это такая плотная рассыпчатая каша с мясом и специями. Я давно пробовала, но уж очень мне по вкусу пришлось. Я тогда же и рецепт узнала. Как-нибудь приготовлю и угощу вас.
-- Я бы на твоем месте попробовала пироги печь. В твоей кухне духовка хорошая, жаль что не очень большая. Придется не меньше двух раз загружать, а это по времени долго.
-- Ничего, справлюсь как-нибудь. Мне бы вот няньку для детей недорогую найти. Но такую, чтобы не пила и малышей не обжала. – Я вопросительно глянула на собеседницу и та, прикусив нижнюю губу, о чем-то задумалась.
Размышляла госпожа Хана минут пять, не меньше, при этом продолжая шустро работать иголкой. Мы шили сметанное платье с двух сторон сразу и ее шов был чуть не два раза длиннее моего. Все же швея из меня – так себе.
-- Даже и не знаю, кого тебе посоветовать. У Биргенсов дочка недавно замуж выскочила, у Гостов две дочки, но одной двенадцать весен а другой тринадцать да и обе сильно шалопутные. За ними еще за самим присмотр нужен, набаловала их мать… А ежли поденщицу нанимать – так боязно, среди них и пьющие есть и такие, что весь дом обшарят. За ними всегда присмотр нужен!
Я затихла, понимая, что превратить Ирвина в няньку при Джейд будет совершенно не правильно, а госпожа Ханна между тем, немного помолчав, продолжила говорить:
-- Я бы, пожалуй, и взялась за ними присматривать. И денег бы много не запросила… только вот…
-- Что? – я с надеждой уставилась на соседку. Все ж эта женщина казалась очень благоразумной, адекватной и невольно вызывала у меня доверие хотя бы тем, что отнеслась к нам очень по-доброму и дала мне кучу бесценных советов по обустройству и хозяйству.
-- Я бы и взялась за ними присматривать, – вновь повторила госпожа Ханна – только ведь я малышку на горшок сама не посажу, да и выносить мне трудно будет. Опять же – бегать за ней не смогу.
-- Горшок и Ирвин сможет вынести. Просто негоже, чтоб он целым днями только ей и занимался. Я хочу начать его учить понемногу. Ну, самое простое для начала – буквы и цифры…
-- Такому и я смогу научить. Я большую часть жизни в гувернантках проработала, так что позаниматься с мальчиком я смогу.
Я даже глаза прикрыла от удовольствия, понимая, что судьба меня не обманула. Не зря мне так понравился этот двор, мощеный желтым кирпичом.
-- А сколько бы вы за день брали, госпожа Ханна?
-- Если пять медяков сможешь платить – то и договоримся. – соседка внимательно смотрела на меня, как бы опасаясь, не слишком ли она загнула цену.
Пять медяков была не такая уж и большая цена, но и не так чтоб совсем маленькая. Большой каравай хлеба стоил семь медяшек. Обычная еда на день, на нас троих, если не добавлять яблоки и другие лакомства, обходилась в тринадцать-пятнадцать монет. При этом следует учесть, что мясо ели мы далеко не каждый день. Я молчала, пытаясь сообразить, потяну ли я такие расходы, а госпожа Ханна торопливо добавила:
-- Если тебе пять много, давай хотя бы три. Только тогда на детей еду свою приноси.
Я слегка растерялась: мне казалось, что моя еда для детей – это само собой разумеющееся. Получается, что за услуги няньки и даже гувернантки, раз уж она собралась обучать Ирвина, я буду платить совсем уж дешево. В то же время я не слишком понимала, зачем такие хлопоты нашей хозяйке. Но и отказываться от такого предложения было бы глупо. Поэтому я ответила:
-- Хорошо, договорились: три медяка и моя еда. Начнем с завтрашнего дня.
На самом деле, на работу мне было еще не завтра, но, во первых, скоро привезут дрова и мне нужно будет складывать поленницу, а это займет прилично времени. Во вторых я хотела еще пройтись по лавкам и рынкам и докупить недостающие вещи. А главное – разобрать хотя бы часть вещей и подумать, чем можно на первое время заменить стол.
Поскольку покрой платья был максимально простой, то дошили мы его к вечеру.
-- Ну вот, меряй, и если все хорошо, то осталось только швы обработать.
Я нырнула в мягкую ткань и госпожа Ханна, одергивая на мне одежду, пробормотала:
-- Вот все хорошо, а только подол и горловину надо бы обшить чем-нибудь, можно и поярче кайму сделать...
-- У меня, госпожа Ханна, даже ниток цветных нет, а вы говорите поярче! – отмахнулась я от ее слов.