Через пять минут я мыла посуду и соображала, что приготовить на завтра. А Мила усердно крутила ручку мясорубки.
Самым сложным оказалось “изобретение” соуса. В самом-то майонезе нет ничего хитрого: на высокой скорости взбиваются желтки с растительным маслом, плюс соль-сахар, уксус-горчица. Все остальные добавки – исключительно по вкусу. Можно добавить чёрный перец и куркумы для цвета, можно мелко порезанный укроп или давленый чеснок для вкуса. Вариантом множество.
Проблемой стало то, что ручной миксер не давал нужной скорости. Из-за этого полученный соус через некоторое время расслаивался. Любая суспензия со временем расслаивается, если в неё не пихать всевозможную химию для стабилизации. А как раз химию взять мне было негде. Единственным решением стало изготовление «майонеза» на один день. Вот сегодня замесила порцию, продала на Стоке и на завтра ничего не оставила.
Удлинённые булочки пришлось заказывать. Почему-то все, что здесь продавали, было обычной округлой формы. Впрочем, для пекарей это оказалось не так уж и важно. Им без разницы было, какой кусок теста шлёпнуть на противень: шарик или колбаску. А мне пришлось учиться жарить сосискообразные котлеты.
Все же гречка меня очень выручала. Благодаря ей, родимой, мяса в эти самые котлеты шло намного меньше, а вкус изделия почти не отличались от обычных котлет. Кто раньше домашних не пробовал, тот и вообще не понимал, что здесь что-то не так.
Это на словах все получалось быстро и интересно, а в реальности прошло почти три недели до открытия точки с хот-догами. Особенно сложно оказалось найти продавца. Если с соусами и размерами порции я определялась дома на собственной кухне, никуда особенно не торопясь и понимая, что нужно посчитать все расходы, а только потом ставить цену, то за продавцом мне приходилось ходить на Сток чуть не каждый день.
Мила довольно быстро стала маленькой знаменитостью этого места. И когда прошёл слух, что мне требуется второй работник, желающих нашлось много. К сожалению, большая часть этих людей в продавцы не годилась.
Нельзя сказать, что на Стоке обретали только маргиналы. Нет, большая часть посетителей этого «информационного» центра была очень разными людьми. Сюда забредали даже владельцы средней руки магазинчиков и лавок, обедневшие дворяне, желающие что-то продать. Здесь нельзя было купить дорогую и породистую лошадь или, допустим, роскошную карету. А вот обычных рабочих лошадок выставляли на продажу каждый день не один десяток. Разумеется, существовали и конские ярмарки, но проводили их всего дважды в год. А если у извозчика среди зимы погибло животное, легче и дешевле было искать замену здесь, на Стоке, чем тащиться в далёкий пригород, где была расположена какая-то коневодческая ферма. Значительно проще купить уже объезженное и привыкшее к работе животное, чем брать молодого и норовистого коня с фермы.
В общем, публика на Стоке была весьма разношёрстная. И я верила, что рано или поздно мне попадётся нужный человек: честный, чистоплотный и расторопный. Именно такого продавца и нашла мне Мила.
Вечером, вернувшись домой и скинув тяжеленные, но тёплые сапоги, повесив на крюк свою неподъемную доху, она неторопливо и тщательно умылась, сытно поужинала вместе со мной и детьми и сообщила:
-- Хозяйка, у меня до тебя разговор есть.
Вообще-то, наши отношения со служащей очень быстро вывалились за рамки предыдущих договорённостей. Мила работала не за страх, а за совесть. Выручка у неё ежедневно была отличная. Кроме того, она не чуралась никакой работы по дому, охотно беря на себя заготовку сала на следующие дни.
В благодарность я начала готовить на всю толпу, чтобы, возвращаясь вечером домой, она не возилась с собственным горшком. Да и что это за еда для тяжело работающей женщины – каша на воде, чуть забелённая молоком? Конечно, порции у Милы были такие, что оказались вполне сопоставимы по размерам с ужином для меня и обоих детей. Но ведь и помогала она мне сверх оговорённого, не считаясь с расходом собственной силы. Я это видела и понимала, а потому думала, что наши первоначальные условия придётся пересмотреть в её пользу.
Кроме того, деньги деньгами, а Мила очень быстро поладила с детьми, доброжелательно общалась с Ирвином и охотно тискала Джейд, которая при виде продавщицы всегда оживлялась и начинала требовать, чтобы та немедленно взяла её на ручки.
Я познакомила Милу с госпожой Ханной. Молодая великанша пришлась по вкусу моей соседке. Сама Мила, впрочем, первое время сильно стеснялась сидеть за столом с пожилой дамой и даже ухитрилась от смущения и неловкости опрокинуть в первый день чашку с чаем. Впрочем, следующее воскресное чаепитие прошло гораздо комфортнее: мы обсуждали рыночные цены, будущее приданое Милы и выслушали от соседки несколько толковых советов по поводу того, что должно в это самое приданое входить.