Дальнейшая работа выглядела следующим образом: я выложила перед этой парой около восьми килограммов сала и обрезков, большую миску очищенного чеснока и мерку укропного семени. Хейзел стояла чуть в сторонке и двумя пальчиками вкладывала в жерло мясорубки куски сала вперемешку с чесноком, а Эйнс вдохновенно крутил эту самую ручку так, как не могла крутить даже Мила.
Когда все сало было переработано, он еще некоторое время крутил ручку в холостую, а потом посмотрел на меня со слезами на глазах и тихо, шёпотом сказал:
-- Кончилось… Еще надо… Эйнсу еще надо!
-- Хватит, сынок, – вмешалась Хейзел. – В другой раз придём, опять будешь крутить, а на сегодня хватит.
Этот большой ребенок смотрел на мать, прикусив нижнюю губу и вытирая кулаком некрасивые маленькие глазки: от огорчения у него побежали слёзы.
-- Мамочка, пожалуйста-пожалуйста! Эйнс еще хочет!
Мы переглянулись с Хейзел, и я неуверенно сказала:
-- Вообще-то у меня ещё мясо не прокручено…
Они уходили от меня часа через полтора. Счастливый Эйнс, которому была обещана такая же игра на завтра, уносил с собой булку с изюмом.
С Хейзел мы обо всем договорились. У неё будут обычные расценки, такие же как у Милы, с поправкой на то, что у неё с сыном есть свой дом. А вот Эйнс будет приходить шесть дней в неделю и крутить эту ручку до тех пор, пока ему не надоест. Оплачивать работу парню я буду отдельно.
Заодно, пока Эйнс развлекался с “игрушкой”, а мы с его матерью пили травяной взвар, я выяснила, почему мэтр Купер опекает эту необычную пару:
– …я хоть и младше была, зато выше чуть не на голову. Поймала этого паразита, да как уши ему надрала! Визжал он, чисто порося! Гейл даже реветь перестал и засмеялся – так этот жирдяй визжал! Лет по семь-восемь нам тогда было… – Хейзел вздохнула, вспоминая детство. – Больше этот обормот на нашу улицу и не приходил играть. А Гейл с тех пор всегда мне помочь норовил. Даже когда я замуж вышла, мужа на работу взял моего. И опосля, когда овдовела, всегда для меня дело находил.
Так я узнала, что мэтра Купера зовут Гейлом. И он сын обнищавшего лавочника. Впрочем, никаких сведений о дальнейшей жизни владельца Стока Хейзел не выкладывала. Отмахнулась от вопросов со словами:
– У него своя жизнь, у меня своя. Подбрасывает мне работу иногда: ну и дай ему Господь здоровья и всяческого блага.
В общем-то, двух работников я нашла, но ещё один продавец мне всё равно требовался. Далеко не все на Стоке могли позволить себе есть на завтрак или обед ядрёную чесночную массу. Если приказчик в магазине начнет дышать на покупателей чесноком, хозяин его уволит, чтобы народ не распугивать.
Поддельные гамбургеры, конечно, пользовались популярностью. Но там в середине мясо: а это дорого и не для всех. Я собиралась охватить и средний сегмент покупателей Стока. Тех, кто не ел на обед и завтрак мяса, но мог выбрать что-то дороже простого куска хлеба.
И для этого у меня была замечательная идея.
_______________________
*Грудная жаба – так в старину называли стенокардию из-за из-за землистого, зеленоватого цвета лица у больных во время приступа и ассоциаций пациентов. Им казалось что на груди сидит крупная жаба.
______________________________
Дорогие читатели, сегодня ещё одна из книг нашего литмоба продается со скидкой. Загляните, кто не успел раньше)).
https:// /shrt/rhxs
Сладковатый запах топлёного масла поселился на нашей кухне надолго. Сейчас я волей-неволей вспоминала всевозможные технологические тонкости осетинских пирогов. Сама я в той жизни больше была потребителем этих самых пирогов. Но некоторое время с нами работала осетинка Зара, которая делала потрясающе вкусную выпечку: эти самые пироги с различными начинками.
И даже тесто для каждого сорта пирогов она делала своё, особенное. Иногда дрожжевое, иногда пресное, а иногда и на кефире. Проработала она у нас недолго, года два или три. А потом уволилась и открыла с мужем маленькую пекарню, где и производила эти самые пироги на продажу. Я частенько забегала после работы к ней, чтобы купить на ужин чудесные домашние изделия. Подругами мы не были, и никаких особых секретов я не запомнила, кроме пары мелочей. Но почему-то вот эти ее слова прямо застряли в памяти:
-- Пирог из духовки вынула, смажь сливочным маслом, не жалей! А топленым смажешь – вообще все гости языки проглотят!
Начинку я собиралась брать самую простую, дешевую, но одну из самых вкусных: картофельное пюре с сыром. Пироги я раньше пробовала разные, но ни один мне не пришелся по вкусу так, как вот этот. Единственная тонкость именно этого пирога заключалась в том, что Зара не смешивала картошку с сыром, как требуют многочисленные рецепты в интернете, а просто делала два слоя начинки.