Подъезд к частному дому освещали фонари. Нас ждали, можно не прятаться. С ног до головы вооруженные мы вошли через открытые нараспашку ворота. Гурам уверенной походкой, словно у себя дома, шёл впереди. Он кивком указал парням занять позиции во дворе. На крыльце нас стоял Бесик. Я, готовый в любую секунду всадить ему пулю в лоб, молниеносно сократил расстояние, между нами.
— Быстро ты добрался. Видимо, появилась веская причина, — с издёвкой сказал Бесик.
— Что с Есенией?
— Брат, давай сначала обсудим дела, а женщин потом.
— Ты мне не брат, гнида.
— Поосторожней. Это ты не в том положении, чтобы оскорблять меня.
И в подтверждении его слов вышел начальник местного УВД.
— И ты здесь, обратился я к нему, — не удивлен.
Мент усмехнулся.
— Ты подумал куда твоя башка полетит, когда узнают в посольстве о русской заложнице.
— Не узнают, — заулыбался он своей мерзкой улыбкой, — ты же не сказал, да и они ничего здесь не решают, так костюмчики сидящие в офисе. Лучше послушай Бесика и с девочкой всё будет в порядке. Полчаса твоего времени и потом будете вместе пить чай или чем вы там обычно занимаетесь.
Они в голос заржали как гиены.
— А эти, он указал на ребят Гурама, — пусть потусуются за воротами. Давай, давай, Гурамчик, вали на хрен.
— Это ты сейчас свалишься с обрыва, — Гурам стал напирать и схватился за ствол.
— Стой, — я упёрся ладонью в его грудь, — сделай как он говорит.
Он недовольно посмотрел на меня, еле сдерживая ярость.
— Ладно, тебе решать, но я бы всадил пулю в эти две башки.
— Подожди чуть — чуть, узнаю чего хотят, — прошептал я.
Гурам вышел за пределы участка, а я зашел вместе с продажным ментом и Бесиком в дом.
Большинство окон закрыты, где они держат Есению неясно. Скорее всего, в подвале или в складском помещении. Рядом с домом я заметил конюшню, неплохое место для пленницы. Надеюсь, Гурам понял мои слова верно. План состоял в том, чтобы он с парнями осмотрел территорию и нашли Есению, пока я отвлекаю бандитов.
Но что — то пошло не так. Пока меня обыскивали, раздался выстрел. Все всколыхнулись. Бесик схватился за оружие.
— Иди посмотри, а ты стой на месте, — ткнул он меня в грудь.
— Сам иди посмотри, — ответил ему мент.
Похоже у них разлад.
— Ты все затеял, так что сам разбирайся, — настаивал Бесик.
— Нос не задирай, выполняй работу, за которую тебе платят.
— Мне платят за прикрытие, но не за пулю в лоб, — мент выскочил наружу, открыв дверь с ноги.
— Ты прав, ситуация выйдет из-под контроля. Если здесь Гурам, кто — нибудь точно схлопочет пулю, — озвучиваю свои мысли, резко встаю и подхожу к окну.
— Не рыпайся, куда пошёл.
Что происходит на улице мне не видно, свет из дома отсвечивает.
— Слушай, я заплачу в два раза больше. Ты же знаешь у нашей семьи больше денег, чем у тех, кто тебе платит. Просто закончим это балаган, — тяну время, давая больше возможности Гураму.
Бесик рассмеялся в голос.
— Мне бизнес твой нужен, а не жалкие гроши. В этот раз не получится откупиться.
— Ты никогда не получишь мой бизнес, — яростно проговариваю каждое слово, чтобы он понял меня, хотя у него интеллект как у обезьяны, — Тебе ли не знать, что потом и кровью мы заработали каждую копейку.
— Мир несправедлив.
— С кем ты в сговоре?
— Теперь это не важно, брат.
Я молчу, стиснув зубы. Хочется просто пристрелить его или хотя бы ударить, чтобы стереть ухмылку с его поганой морды. Моей выдержки скоро придет конец. Но приходится держать удар, ради Есении. Сначала нужно ее найти, а потом разобраться с ними.
Снова послышался выстрел, одно из стёкол посыпалось на пол. Я воспользовался его медлительностью и резко подлетел к нему и нанёс удар, сбивающий с ног. Моя цель — вырубить его, но получилось не с первого раза. Теряю равновесие, и мы вместе падаем. Он ударяется головой о пол. Наношу еще один сильный удар сбоку в голову и Бесик вырубается. У меня есть пара минут, прежде чем он придёт в себя. Забираю его оружие и бегу по лестнице наверх. Есении нигде нет. Значит держат в не дома. Слышу ещё пару выстрелов. На улице идет перестрелка.
— Аслан, сюда. Раздается крик Гурама.
Сердце хаотично стучит. С трудом борюсь с отчаянием, которое надвигается как лавина. Кажется, мы облажались.
Осторожно выхожу во двор.
— Что произошло?
— Эти твари начали стрелять.
— Где Есения?
— В машине иди к ней.
— С ней всё в порядке?
— Да, уезжайте.
— А ты?
— Разберусь, а то зачем позвал?
Я иду к машине, но дверь открывается Есения, выходит и что — то кричит. Мой мозг пытается заставить меня двигаться быстрее и предотвратить самый страшный кошмар, который превращается в реальность. Меня словно бьёт током, потому что я вижу, как Есения замирает на месте, а затем падает на землю. Бесик очнулся и решил выстрелить мне в спину. Видимо терять ему нечего, и он решил пойти во все тяжкие.
— Есения, прокричал я, — она обхватила рукой шею, струйка крови стремительно покрывала ворот рубашки. Её левая сторона шеи была прострелена, пуля видимо застряла в горле. Под ней зелёная трава, светящаяся в ночи, покрывается алой кровью. Она моментально становилась бледнее, ослабевала от ранения.
