Кто — то из парней обезоружил Бесика и прострелил ему ноги. Остальные его люди, видимо, разбежались и не стали ввязываться в борьбу.
Гурам подбежал к нам и нащупал её пульс.
— Она становится холодной. Её нужно срочно вести в больницу, — Я лихорадочно соображал в какую больницу нам нужно вести Есению.
— Садись ты за руль, я не могу её отпустить, — и понес в машину на заднее сиденье.
— Есения, ты слышишь? Не сдавайся, борись, — она потеряла сознание, но еле дышала. Её лицо казалось спокойным и умиротворенным, словно она уснула.
— У нее шок, поэтому без сознания.
— Езжай в военный госпиталь.
— Это дальше.
— Там опытный хирург. Он поможет.
— Хорошо. Приподними её ноги вверх, чтобы кровь продолжала поступать в органы.
Гурам гнал как никогда в жизни. Он всегда любил гонять, но сегодня он превзошел себя и выжимал из машины максимальную скорость, практически не сбавляя на горных поворотах. Но я не замечал скорость. Я вообще ничего не ощущал кроме влаги на своих руках. Кровь была повсюду в салоне. Медленно стекала по шее и пропитывала мою рубашку, брюки. В голове крутилась только одна мысль, что нам нужно успеть. Слишком много крови. Я старался прижать Есю к себе и окутать теплом, словно это чем — то могло помочь.
В больнице врачи не задавали вопросов, сразу приступили к делу. Увезли её и приступили к операции. Оставшись один, я рухнул на пол в коридоре.
Сегодня худший день в моей жизни. Не верится, что снова прохожу через этот ад. Я не переживу смерть ещё одного близкого человека.
Спустя годы я забыл, что значит терять того, кто тебе дорог. Думал одного раза достаточно, но судьба решила нанести очередной один удар под дых. Раньше казалось счастье не для меня, а когда появилась Есения, решил, счастье пришло в мою жизнь. Нет, видимо страдания написаны на нашем роду.
Сколько прошло времени не помню. От тревоги не мог найти себе место. Спустя час или два вышел врач.
— Она жива? — прохрипел я.
— Да, но впала в шоковое состояние. Девушка потеряла много крови, поэтому пришлось ввести её в кому. Нужно подождать, чтобы жизненные показатели стабилизировались.
— С ней все будет в порядке? — слова давались тяжело, в горле словно застряли иголки, но я произнес вопрос, крутившийся в голове.
— Не знаю. Состояние критическое. Будем ждать. Пока она пробудет в реанимации.
Я с трудом пытался уложить информацию в голове. Как все быстро меняется в нашей жизни. Ещё вчера она была цела и невредима, если бы я не закопался в своих проблемах и не зачерствел в гордости и надменности, а смог распознать беду. Леон был прав, не стоило к не подходить. Какого чёрта я повёз её сюда? Чем я думал? Месть вскружила мне голову, хотя настоящая угроза ввиде Бесика находилась под рукой. Может всё могло сложиться иначе. Если бы я мог поменяться с ней местами.
Сейчас я все готов отдать, чтобы она осталась жива. Но я не захотел терять свой бизнес. Деньги стали дороже, власть затмила глаза. Нам кажется, что есть выбор, будто владеешь миром, но по факту у тебя ничего нет. Ничего не решаешь и ни на что не можешь повлиять. Это моя вина. Я не мог представить, что кто — то доберётся до неё.
Я сел на пол, пытаясь понять, как дальше жить. Никогда не любил больницы. Запах хлорки, спирта, лекарств вызывал рвотный рефлекс. Вся атмосфера действовала удушающе, словно у меня забрали весь воздух и нечем дышать. Только я собрался выйти подышать, как подъехали копы. Они были в курсе всего происходящего, видимо до меня с кем — то пообщались.
— Расскажите, что произошло? — спросил старший по званию.
Я кивнул.
— Будут разбирательства. Уже много недовольных. Готовься, возможно попадешь под горячую руку.
— Плевать, — я только усмехнулся.
— Мне придется взять у тебя показания. Лучше сейчас.
— Как скажете офицер, — мне нужно отвлечься, потому что время тянется и непонятно, когда всё закончится.
Аслан
Дни шли, Есения так и не приходила в себя. Пару раз меня допросили и отпустили. Уверен, Гурам позаботится обо всём. У этого парня больше связей и должников. Ему потребовалось подёргать за некоторые ниточки, потрясти за воротники милицию, и ситуация пошла на спад. Продажного мента отдали под суд, Бесик, как только выйдет из больницы, пойдёт сразу в тюрьму. Хотя не уверен, что он доживёт до суда. Такие как он, расходный, никому не нужный материал. Добрые люди обязательно найдутся. Следователь всю вину валил на него.
Но мы по-прежнему не знали, кто за ним стоит. В одиночку точно не стал проворачивать такое дело.
Я приходил в госпиталь каждый день. Мама и брат находились рядом. Если бы не они, я сошёл с ума. Но они помогали не падать духом и надеяться на скорейшее выздоровление Есении.
Только через неделю после ранения, её перевели в терапию. Меня не пускали. Врач сообщал одну и туже информацию по её состоянию из дня в день. Я тупо надеялся на лучший исход.
