Его губы приятно щекочут шею, рука скользит по моей спине, и в какой-то момент я понимаю, что мы уже не на плаву держимся. Тим оттеснил нас ближе к берегу, туда, где он уверенно стоит на ногах.
Вода прохладная, но мне так жарко. По лицу стекают мелкие капельки, ресницы дрожат. Да я вся дрожу. Это нетерпение? Волнение? Что это, блин, вообще?
Пока меня лихорадит, его наглые пальцы забираются в мои трусы. Охаю от прикосновения, но он тут же затыкает мой рот поцелуем.
Когда дело остается за малым и я чувствую, как головка члена упирается в мою промежность, меня откидывает в не самые приятные воспоминания. По спине ползет холодок. Я даже толком не понимаю, как рот открываю, но тем не менее в ужасе кричу: «Нет!»
Тим останавливается. Чувствую, как напрягаются его плечи.
— Надо поговорить. Нам нужно поговорить, — тараторю, боязливо касаясь его груди. — Там…
Выворачиваюсь и, ускорившись, плыву к берегу.
Теперь вода скрывает меня примерно по пояс. Тим ныряет. Я смотрю, как рябит водная гладь в месте, где только что торчала Азаринская голова, и не дышу. Сама я хоть и научилась плавать, но нырять до сих пор боюсь.
Тим выныривает через минуту в нескольких шагах от меня, а потом окачивает водой.
Мне вроде как должно быть весело. Брызги летят со всех сторон. Я смеюсь, но в глубине души готовлюсь.
Хохочу и пячусь к берегу. Когда до песка остается совсем ничего, оступаюсь и падаю на задницу.
— Ой, — только и могу выдать.
Упираюсь ладонями в мокрый песок, а сама жадно наблюдаю за тем, как Тим выходит из воды. Скользит пальцами по волосам, будто по привычке пытаясь зачесать их назад. Правда, с его нынешней прической это бессмысленное действие. Челки, которая бы могла упасть на лоб, просто нет.
Когда он оказывается рядом, даже вздыхаю от досады, прекрасное было зрелище. Азарин в трусах. Весь такой загорелый, подтянутый, мокрый и возбужденный. Прохладная вода не спасла…
Между нами снова совсем нет расстояния. Эта близость сводит с ума. Я накручиваю себя до предела.
Вырисовываю на мокром песке незамысловатые узоры, а у самой уши горят. Знаю, что Тим смотрит. Он него веет жаром и похотью. Какая-то страшная смесь возбуждения, она и до меня добирается. Пальцы на ногах поджимаются, а низ живота тянет.
Меня простреливает волной желания. Оно такое острое, что пережить его спокойно просто невозможно.
Поэтому, когда его пальцы касаются моей спины, меня подбрасывает. Мне правда кажется, будто я от земли оторвалась.
Поворачиваю голову.
Он смотрит, но эмоций я его не понимаю.
— У меня проблемы, — выговариваю слова и практически не дышу. — С близостью. Мне больно. Это как блокировка, понимаешь? Мышцы сокращаются и…
Нервничаю, поэтому резко замолкаю. Нужно продолжить, но я молчу. Прячу взгляд и кусаю губы. Уверена завтра они будут выглядеть не очень.
— Давно?
— Что? — все же неуверенно поворачиваю голову. делаю усилие, чтобы взглянуть Тиму в глаза.
— Началось это давно?
— Обнаружила через полгода после твоего отъезда, — упираюсь взглядом в песок, — это вагинизм* называется.
Ужас. Зачем я только все это несу? Нужно было просто попробовать, молча. Как я и хотела, когда только его увидела в клубе. Возможно, все бы получилось. Ну или я бы разрыдалась в самый важный момент от боли…
— Пошли домой, — Азарин поднимается на ноги и утягивает меня за собой.
Домой? Он хочет отвезти меня домой? Видимо, шок на моем лице проступает очень ярко.
Тим хмурится и поддевает с земли свою футболку, которую тут же надевает на меня.
— Слушай, вопрос, может, тупой, — выдыхает, — но вы же с Ворониным как-то это делали… Ты терпела боль, что ли?
Что? Как дура глазами хлопаю. Он не понял или…
— У нас с ним ничего не было. Ну, петтинг и пара неудачных попыток проникновения.
— Не было? — он кивает словно сам себе. — Пойдем, — прижимает меня к себе. — Заодно подробно мне расскажешь?
— Что расскажу?
Он собрался слушать про мой недосекс с Пашей?
— Как это с тобой происходит? Что ты чувствуешь? Вопросов у меня много. Пошли.
*Вагинизм — это судорожное болезненное сокращение мышц тазового дна при попытке ввести что‑либо во влагалище (боль может варьироваться от легкой до сильной, также возможно ощущение дискомфорта или жжения). Часто это приводит к тому, что становится сложно заниматься сексом. Вагинизм вызывают как физические, так и эмоциональные триггеры. У женщины не получится контролировать, предотвратить или остановить этот спазм по своему желанию. Также его может спровоцировать попытка ввести тампон или гинекологический осмотр.
