– Очень слабенько. Я не ощущаю человека, в руках которого была эта вещь до того, как сюда попасть.
Марта с Ильёй разочарованно переглянулись.
– Что? – спросила их Яна. – Я же не сказала, что вообще нет ничего. Да, фонит этот магнит только Ильёй, он последним его касался. Но я чувствую кое-что ещё. Не знаю, как понятнее вам объяснить. Это не энергетический след, а эмоциональный. Будто чувства отдельно от какого-либо тела. Любовь, надежда, сожаление. И вина. Очень много вины. Она словно поглотила того, кто её испытывал, поэтому сам человек словно в ней утонул и я его не вижу. А ещё сувенирчик был в том городе, название которого на нём написано. И это я не пальцем в карту сейчас ткнула.
– Значит, Алёна из Самары? – обрадовалась Марта.
– Этот магнит там точно был. И наверное даже с тем, кто истязал себя всеми этими противоречивыми чувствами. Но ведь девочка могла просто приехать в Самару из области. Из Чапаевска, например.
– Вот зачем ты это сказала? – теперь журналистка огорчилась.
– Да не переживай. В любом случае, стог сена, в котором нам нужно искать Алёну, стал чуть меньше.
– А может это и не её магнит вовсе, – заговорил Илья задумчиво. – Это же я помню, что она его достала из кармана и прилепила на дверь холодильника. Если я её придумал, всё могло быть иначе. Магнит может вообще тут уже был, когда я сюда въехал.
– Нет, не было, – Яна покачала головой. – Он тут не дольше трёх-четырёх месяцев. Ты же тут не столько живёшь?
– Не столько, – согласился Илья, неосознанно радуясь, что кажется эта эффектная собеседница наконец причислила его к «своим».
В кармане Яны ожил телефон, запрыгал, завибрировал. Рингтоны она давно отвыкла ставить, поскольку временами прогуливалась по группам детского сада во время «сончаса». Да и если вне оного зайти в помещение с тридцатью активными малышами, вряд ли есть шанс расслышать хоть какую-то мелодию, дальше если «тяжёлый металл» на звонок поставишь.
– Привет, Арсений! – дружелюбно и почти ласково сказала она в трубку. Но Марта не отметила в голосе Яны какой-либо нотки интимности. Возможно, она ошиблась в своих первоначальных предположениях по поводу взаимного романтического чувства. Психиатр-то был увлечён совершенно точно, а вот непростая заведующая ДОУ, скорее всего просто по своей натуре человек отзывчивый и доброжелательный. Поэтому так легко откликнулась на их авантюру, а вовсе не из особого расположения к профессору. Хотя кто знает, может у них всё в самом начале.
Постаравшись подавить свои «неуставные» мысли (мало ли, может Яна их считает на раз-два), Марта терпеливо дождалась окончания разговора.
– Отличная новость, – поделилась с ней, наконец, экстрасенс. – Арсений нашёл нужного нам человека. Учёного, между прочим. Он историк и член общества «Открытие Атлантиды». И очень энергетически продвинутый человек. В отличие от меня, у него есть не только способности, но и знания. А ещё он готов встретиться с нами прямо сегодня. Через час.
– Ух, наконец-то что-то у нас завертелось, – обрадовалась Марта. – Тогда не будем мешать человеку собираться. Давай запасные ключи и мы пошли.
Илья беспрекословно подчинился. Всё-таки ему спокойнее было, когда кто-то занимается расследованием всей этой мистической чертовщины.
«Мистическая опергруппа» ушла, а Илья замер над раскрытой сумкой, пытаясь вспомнить что-нибудь об Алёне. Нечто живое, вызывающее ощущение присутствия девушки в его жизни. То, что развеет сомнения по поводу её существования.
Вот, скажем, их первый поцелуй. Он точно был, разве можно придумать такие роскошные воспоминания?
Она сидела в его халате, попивая чай. Мокрые волосы завивались в колечки. Фена у Ильи не было, не приучен он им пользоваться, поэтому сушиться пришлось полотенцем. Он включил телевизор, который для звукового фона бубнил каким-то модным стендапом. Алёна смотрела на экран, но казалось, не замечала его, думая о чём-то своём.
– Ты здесь? – спросил он её.
Девушка пожала плечами, засмеялась.
– Сама не пойму. Часть меня осталась под тем дождём, видимо.
– Жаль, – он сел к ней поближе. – Хотелось, чтобы ты вся тут присутствовала, полностью. И была со мной.
Она сунула ему в руки пустую чашку.
– Попробую я справиться с волосами, – решительно поднялась, снова направилась в ванную, где были полотенца. Конечно, такую длинную шевелюру хотелось как можно скорее привести в порядок, можно понять.
Он смотрел ей вслед, догадываясь, что Алёна просто таким образом избежала слишком стремительного развития ситуации. У него же на лбу написано, что сейчас приставать будет. А он бы так и сделал, точно. Она выглядела такой нежной и беззащитной, хрупкая, маленькая, затерянная где-то внутри его мохнатого-лохматого халата. Хотелось добыть её оттуда, зацеловать и затискать. Илья ощущал даже больше нежность, чем похоть. Что делать, пойти за ней или дождаться здесь?
