Забытая любовь (СИ) полностью

— И к тому же, — добавил Виктор, — я не был уверен, что принцесса любит его, и думал, что, если вернуть память — он будет страдать пуще прежнего. Как и моя дочь.

— Но когда вы узнали о чувствах принцессы, как я понимаю, — говорил Борис, — вы вернул ему память, забив на дочь?

— Я просто не имел права поступить иначе, считаю, — объяснил Виктор. — То, что я до этого скрывал от Кати всю правду, не привело ни к чему хорошему.

— Но, всё вспомнив, я не любил больше Дарью, — весело сказал Иван, поймав на себе пристальный взгляд сторожа. — Я остался с Катей.

Затем они рассказали Борису историю Ивана и Владимира, про то, как те оказались роднёй друг другу.

— Да уж, — перевёл дыхание тот. — Интересные вы люди, повезло мне, что я с вами встретился.

Дальше произошло два важных разговора.

Иван сидел на кровати и смотрел в окно. Порой ему казалось, что там солнечная погода, утро или полдень. Они уже давно поели и собирались спать.

И тут он почувствовал, что сзади кто-то стоит; по стене пробежала тень. Он оглянулся. Это был Борис.

— Видишь в окне солнце? — спросил он.

— А откуда вы знаете?

Борис присел на кровать рядом с ним.

— Твоя душа хочет что-то вспомнить, что-то, что уже давненько затерялось, — сказал он.

— О чём вы?

— Что ты чувствуешь, — Борис рассудительно посмотрел на Ивана, — когда ты с Катей? Чего тебе не хватает?

— Всего хватает, — тихо сказал Иван. — Я её люблю. Мне всего с ней хватает.

— Смотря что понимать под словом «любоко», — и Борис перевёл: — Любовь.

— Любовь и есть любовь. Что под ней можно понимать?

— За всю свою жизнь ты любил только Дарью и Катерину?

— Этого мало? — покосился Иван.

— Нормально, а, может быть, и много. Я всю жизнь любил одну женщину, но она умерла, оставив мне сына.

Иван помолчал, затем спросил:

— А что вы от меня хотите?

— Помочь тебе разобраться в самом себе. Или ты уже это сделал?

Иван подумал полминуты и взглянул на собеседника.

— Не знаю.

— Давай попробуем понять? — предложил Борис. Иван кивнул. Тот продолжал: — Ты ведь любил их по-разному?

— Да.

— Как ты любил Дарью?

— Ох… Это было похоже на кошмар. Сейчас, правда, вспоминаю то чувство как что-то демоническое, адское…

— Ты боишься боли?

— Да. Хоть я её и не помню. Когда я потерял последнюю надежду, после того, как мы с Витей приехали к ней на базу гвардейцев и она в лицо мне сказала своё «нет», я… Меня бы больше туда не пустили, у меня больше даже не осталось возможности встретится с ней, снова видеть её, завоёвывать. Она ведь принцесса! Да, из-за того, что надежда умерла, в чём-то стало полегче. Но я продолжал постоянно думать о ней.

— Так почему же ты всё-таки стёр память?

— Я думал о ней, слушал музыку, грустил, мечтал, что она меня полюбит, но знал, что это невозможно, понимал, что уже просто достал её навязчивостью… Мучала мысль о том, что нельзя изменить тот миг, когда я решил уехать, а не отменить отпуск. Я верил в то, что если бы я отменил его… Я очень жалел об этом — здесь и заключалось ядро, зарождение моих чувств. Я мучился от того, что нельзя всё исправить.

— Да, — кивнул Борис. — Машины времени в прошлое нет, и неизвестно, смогут ли когда-нибудь повернуть временной вектор.

— Вот-вот. Я это понимал и мучился от этого. Изменить один момент, и я «стану счастлив», не будет этих мук, не будет разлуки, этого злосчастного жениха её, которого я тогда и в глаза не видел, но уже всем сердцем ненавидел. Она была бы моей.

Это очень трудно объяснить. Вот… Я вспоминал наше общение в то «счастливое» лето, и мне на некоторые мгновения становилось неимоверно хорошо, счастливо, я парил в небесах и был готов отдать за это всё… Я мечтал о ней… Но мечты превращались в муки! Я мучился часами, днями, плакал… Я не мог больше этого терпеть! Вы понимаете? Страдать на протяжении недель и месяцев из-за пары счастливых мгновений.

— А пара счастливых мгновений не стоила этих страданий?

— Нет, о нет!

— Но почему?

— Да потому что не попадал я на эту вершину блаженства, принцессы не было рядом! Она мне даже во снах регулярно приходила, но там я тоже был несчастлив. То я гнался за ней и не мог нагнать, то она умирала… И я не мог терпеть. Пара счастливых мгновений не возмещала мне душевную боль и этих страданий, которые длились гораздо дольше. И я решил разрубить этот круг! Стереть память, забыться, ведь даже смерть была бы мне наградой! Моей самой сильной, приближённой к реальности мечтой тогда было умереть, защищая Дарью!

И вот. Я забылся и теперь я свободен.

— А Катя? — спросил Борис.

— С Катей всё замечательно, мы любим друг друга, хотим пожениться. У нас всё хорошо.

— А ты испытываешь те же крупицы чувств, как те, что ты чувствовал, вспоминая секунды с Дашей, слушая музыку…

— Я жил в воспоминаниях. С Катей у меня такого нет. Но есть другое!

— Что же?

— Сердце наполняется счастьем и спокойствием. Меня к ней тянет, мне хорошо с ней. Я хочу с ней жить. А если понадобится — то умру ради неё.

— Если понадобится… — хитро подловил его на слове Борис. — Но это уже не мечта.

— Да! И это здоровое мышление.