Кей замешкалась всего на секунду, но этого хватило, чтоб мисс Вай снова переместилась на приличное расстояние, не давая себя задеть сияющему клинку. Что-то предательски кольнуло в груди от ее слов, хотя они и не казались девушке правдивыми, – это все больше напоминало дешёвую провокацию, – но она предпочла не заострять на этом внимание. А может, болезненный укол был вовсе не от самих слов, а от того, что Анидинети почему-то даже не пытались их опровергнуть.
– А ты, Ти, – женщина тем временем переключилась на хранительницу Пятнадцати, и та вздрогнула, услышав свое имя. – Совсем обречена, бедняжка. Даже если тебя не убьем мы, ты все равно умрёшь раньше, чем другие гаридияни. Как можно хранить стольких духов одновременно, вмещать в себя столько энергии, которая когда-нибудь тебя опустошит… Кто же ты такая?
Ти замерла, чувствуя, как сердце снова пропустило удар, так что даже дыхание сбилось. Она смотрела широко распахнутыми глазами на существо, некогда бывшее ее матерью, и не могла совладать ни с телом, ни с мыслями.
– Кто ты?
Ти едва ли успела покинуть комнату, как вдруг неожиданно оказалась прижатой к стене практически без возможности освободиться. Все, что ей оставалось – лишь беспомощно смотреть на нависающего над ней духа, недоумевая, что же на него нашло и чего он от неё хочет.
– О чем ты, Сэати… – почти беззвучно прошептала девушка, но менифеси продолжал напирать, явно не намереваясь отступаться.
– Я давно думаю об этом… У одного хранителя может быть несколько духов – это обычное дело. Но не столько… – взгляд Сэати вполне мог показаться злобным, но Ти уже успела привыкнуть к этому и знала, что это нормальное состояние духа – хмурость почти никогда не покидала его лица. Временной немного резковато обнажил запястья хранительницы, разглядывая начертанные на коже символы – имена всех менифеси, коими руки Ти были исписаны фактически до локтей.
– Пятнадцать… Целых пятнадцать. Это почти невозможно, – родные глаза неизвестного девушке, но тем не менее столь прекрасного цвета глядели цепко, будто видели насквозь, не давая ни малейшего шанса спрятаться, утаить что-либо. Но понять, о чем говорит Сэати, хранительнице все никак не удавалось. – Да и я не впервые уже вижу нечто странное… Что, полагаю, заметили и другие, но никто не может объяснить. Так, возможно, сможешь ты? Кто ты такая, а?
Менифеси был так близко, а его голос совсем понизился, из-за чего Ти становилось совсем не по себе и появилось острое желание вжаться в стену ещё больше, что было, к сожалению, совсем невозможно.
– Это же я, твоя гаридияни, Сэати… Ты что…
Временной пробормотал что-то себе под нос, совсем неразборчиво и к тому же на своем языке, так что понять что-либо из его слов было нереально, а после он склонился как-то обессиленно и, медленно выдохнув, ткнулся лбом в плечо своей хранительницы.
– Прости, – бесцветно проронил дух уже более понятным языком, и Ти несмело приобняла его одной рукой. – Не знаю, что на меня вдруг нашло… Однако вопрос не закрыт. Мне все ещё интересно.
«Мне тоже», – подумала тогда девушка, все так же пребывая в полнейшей растерянности от слов и поведения Сэати.
Она совсем не понимала, что именно имел в виду менифеси.
…А теперь вопрос повторился, и это моментально выбило Ти из колеи. О чем они все? Что такого замечают остальные, чего никак не замечает она? Ей было совершено невдомёк.
– Я гаридияни, – этот ответ казался единственно верным, он и был таковым, девушка в этом не сомневалась. Стряхнув с себя оцепенение, она выпрямилась и твердо воззрилась на “мать”, мужественно выдерживая нарастающее напряжение.
– Гаридияни… – эхом повторила за ней женщина, а после презрительно скривилась. – Терпеть вас не могу.
– Взаимно, – выплюнул Огненный дух, ответив вместо своей хранительницы.
– Мама, послушай… – Ти очень старалась, чтоб её голос звучал ровно и не дрожал, но уже после первого слова девушка невольно запнулась. – Отпусти их… Зачем тебе все это нужно, скажи?
– А тебе? – парировала мисс Вай, как будто смягчившись: она вновь заговорила своим обычным голосом, и, как заметила Ти, даже просветлела немного. – Дорогая моя… Вам все равно не победить, можете не тратить силы и время на бесполезную битву – в ней даже смысла нет. Поэтому я предлагаю сдаться сразу. И мы вернёмся к обычной жизни, Ти. Ты и я. Ещё не поздно исправить твой маленький недостаток, так давай уйдем? Будешь жить, не зная горя… Все будет, как прежде.
– Нет, – твердо произнесла Ти, хотя ее сердце буквально сжималось от боли. – Как прежде уже не будет… Никогда. И духов я не оставлю.
