— Успокойся, — положил руку на плечо Бергмана Херст. — Ты сгущаешь краски.
— Нет, — отрывисто ответил Бергман. — У меня предчувствие, что на этот раз без крупных потерь мы не обойдемся. Будем, Фред, смотреть правде в глаза.
Херст спокойно выдержал устремленный на него пронзительный взгляд Бергмана.
— Здесь наши идеи уже умерли. Только мы с тобой да еще, быть может, Вольф и его агенты сохранили верность им. Все остальные превратились в слизняков, подводных червей. Мы должны, обязаны выполнить свой долг до конца. Если мы осуществим программу «Пуск», то останемся победителями, несмотря ни на что. Ты согласен со мной?
Херст мягко улыбнулся. Как мало походили они сейчас на тех Бергмана и Херста, которые заседали в Магистрате. Куда девались холодная отчужденность от всего и всех Херста и божественная недоступность Бергмана? Только оставаясь наедине друг с другом, они становились живыми людьми, а не идолами в масках. Да и что им было скрывать друг от друга, когда каждый знал о другом все. Еще со студенческой скамьи, учась в одном университете, они шли рука об руку.
— Не могу понять, — нарушил молчание Бергман, — почему нас так легко сдунули с планеты? Ведь у нас были силы и немалые.
— Потому что весь мир опрокинулся на нас. Врага оказались вокруг и среди нас. И армия в решительный момент не поддержала.
— Ничего, Фред, зато здесь все в наших руках. Я не сказал тебе самого главного. Не выходи больше из своей аппаратной, пока не прояснится окончательно ситуация. Прикажи, чтобы туда доставили все необходимое на длительное время. Мы не имеем права рисковать. Я не верю никому, даже Вольфу, ни одному, кроме тебя, члену Магистрата. Все они слюнтяи и шкуры. Они могут взять нас за горло и помешать до конца выполнить свой долг. Я уже позаботился о себе, смотри.
Бергман сдвинул на пульте рычажок, одна из стен аппаратной начала расходиться, открывая вход в помещение, забитое картонными ящиками.
— Я могу, не выходя из аппаратной, продержаться с таким запасом целый год, но думаю, этого не потребуется. Красная кнопка всегда в моем распоряжении.
— Хорошо, я сделаю то же самое.
Херст встал и пошел к выходу из аппаратной.
— Только не тяни, — остановил его Бергман. — Обеспечь себя сегодня же.
Херст внимательно посмотрел на него. Последняя фраза Бергмана послужила как бы толчком, собравшим смутные полудогадки и полунамеки, одолевавшие его во время разговора с Бергманом, в четкую мысль.
«Кажется, он сходит с ума», — подумал Херст, продолжая стоять на пороге лицом к Бергману. Ему очень захотелось вернуться и продолжить разговор, но он, испугавшись этого так внезапно вспыхнувшего желания, порывисто шагнул за порог. Стало страшно от мысли, что он поговорит еще с Бергманом и убедится, что тот действительно сходит с ума.
Бергман же, проводив Херста взглядом, включил механизм электронного запора в двери. Все, теперь он не выйдет из аппаратной, пока не будет готова программа «Пуск». Он встал, слегка потянулся и направился в свою спальную комнату. Бергман, как и Херст, был одинок.
Узники, инженеры и биоры стояли в коридоре друг против друга. С одной стороны — Джек, Герд с сыновьями, Кнок, Веик, с другой — Дик, Ривера, Фест, Юнтус, Дроу и еще несколько биоров.
Дик решал трудный для себя вопрос: как строить свои отношения с инженерами? Ривера и Фест были категорически против того, чтобы давать им оружие. Инженеры в подвале, говорили они, могут договориться с инженерами из Центра и применить оружие против биоров. Дик считал доводы несостоятельными. Чего ради инженеры-узники, попавшие в руки СБ как противники Магистрата, будут предавать своих единомышленников-биоров? Но Дику очень не хотелось спорить с Риверой и Фестом. Такие споры сейчас ни к чему. Пусть инженеры и биоры решат этот вопрос сами, тем более что во взглядах, которыми они обменивались, стоя друг против друга, не было особой неприязни.
— Ты почему так смотришь на меня? — спросил Дик, уже в который раз наткнувшись на устремленный на него взгляд одного из инженеров.
— Почему вы не верите нам? Мы не меньше вас ненавидим СБ. Не бойтесь нас, мы да конца пойдем с вами.
Джек посмотрел на остальных инженеров, как бы предлагая им подтвердить его поручательство.
— Он прав, — заговорил Кнок. — Вы должны нам верить. Ведь мы тоже боремся с Магистратом. Положение у нас тяжелое, и надо вместе искать какой-то выход.
— Дайте им всем автоматы, — распорядился Дик, обращаясь к Ривере. — Не будем бояться друг друга.
В этот момент в дежурке раздался громкий голос. Включился видеотелефон.
— Мы пойдем, а вы подождите, — сказал Дик, обращаясь к инженерам. — Пусть они не знают, что вы с нами.
Первым, кого Дик увидел на экране, был Крайт. Биор с ненавистью посмотрел прямо в глаза шефа СБ, резко вскинул автомат. Крайт инстинктивно отшатнулся от направленного на него оружия. Дик зло усмехнулся.
— Боишься, — процедил он сквозь зубы. — Пока мы не можем достать тебя.
Вокруг Дика стояли все узники-биоры.
Шеф СБ до боли в пальцах стиснул кулаки. У него даже в глазах потемнего от прилива горячей, обжигающей сердце злобы.
