В субботу, в два часа дня, я занял позицию возле опущенных ставней, повесив на шею лоток со спичками и деревянным бочонком для денег. К этому времени банки и конторы Сити уже закончили работу. До понедельника Корнхилл сделался таким же безлюдным, как проселочная дорога. Завидев случайного прохожего, я должен был выкрикивать слова: «Последние из Летучей бригады» — и громко трясти монетами, чтобы Холмс, который находился внутри хранилища, услышал меня. Когда пешеход отправлялся дальше по своим делам, я снова гремел мелочью, но на этот раз уже молча.
Поначалу я беспокоился, что у нас ничего не выйдет. Рядом с хранилищем был магазин швейных принадлежностей. В этом же здании на верхних этажах размещались лавка часовщика, страховая контора и мастерская по ремонту зонтиков. Чтобы попасть туда, нужно было пройти через арку во двор и подняться по лестнице. Все заведения, включая магазин, в субботу закрывались в час дня или даже раньше. Холмс выяснил это накануне, когда отнес в починку свой зонтик.
Приблизительно в полдень пожилую консьержку крайне удивил субботний визит газовщика, да еще такого потрепанного вида. Сутулый седой мужчина с длинными усами и совиными глазами в очках без оправы объяснил, что кто-то сообщил об утечке газа. Добрая женщина ничего такого не замечала, но когда мастер вывел ее на лестницу, сразу почувствовала специфический запах. Переодетый Холмс незаметно открыл заранее подготовленную банку с битумом, в которую были добавлены кое-какие ингредиенты для усиления эффекта.
Около часа дня консьержка в последний раз оглядела площадки верхних этажей, проверяя, все ли в порядке. Тем временем газовщик обнаружил утечку, вытащил из кожаной сумки с инструментами разводной ключ и с громким шумом закрутил гайку на трубе. Затем он крикнул женщине, что закончил работу, и начал спускаться. Она слышала, как он хлопнул дверью. Но Холмс, конечно же, остался в здании. В прошлый раз он обратил внимание на кладовку под лестницей. Уборщики хранили там метлы и ведра. На дверце висел приколоченный гвоздями небольшой засов. Конечно, у консьержки не было причин заглядывать в эту каморку, но на всякий случай я заскочил в дом и закрыл задвижку. Теперь доброй женщине и в голову не пришло бы, что кто-то может прятаться в запертой кладовке, даже если бы она вдруг об этом подумала. Чтобы еще немного отвлечь консьержку, я вышел на лестницу, потряс лотком и громко спросил, не желает ли кто-нибудь поддержать благое дело. Пожилая дама раздраженно ответила, что сегодня выходной и в доме, кроме нее, никого нет.
Через десять минут она ушла, повернув в двери ключ и оставив внутри Холмса с набором отмычек в сумке для инструментов. Чтобы отодвинуть засов на дверце кладовки, ему хватило нескольких секунд. Выбравшись наружу, Холмс вернул его в прежнее положение. Затем он проник в подсобное помещение магазина, в полной уверенности, что никто не придет сюда до самого понедельника. Снял ковер с задней стены и отодрал от нее две короткие доски. Пробравшись в узкую щель, сыщик оказался в темном подвале, пол которого был покрыт слоем щебня. Теперь Холмса отделяла от хранилища лишь стенка из тесаного камня.
Это была скорее перегородка, чем несущая стена. В ней имелось вентиляционное отверстие, забранное металлической решеткой. Следующий час Холмс потратил на то, чтобы выдернуть ее вместе с двумя соседними камнями. Получилось достаточно широкое отверстие, и он проскользнул в него. К двум часам дня, когда я со своим лотком занял позицию возле входа, детектив как раз пробрался в подвал корнхиллского хранилища.
Посетив это место впервые, Холмс говорил мне, что у него возник отличный план ограбления. Он даже не пытался пролезть из подвала прямо в камеру хранения, полы в которой, так же как и стены, были обшиты стальными листами. Однако позади нее располагалась комната с лакированными половицами шириной в несколько дюймов, почти полностью покрытыми ковром. Здесь пригодился испытанный инструмент взломщика, лежавший в сумке газовщика, — винтовой домкрат. Он создает давление в четверть тонны, так что его стальная пятка без труда выдрала доски вместе с гвоздями из балок. К половине третьего Холмс проник в заднее помещение хранилища.
