— Можно, если его предки сожгли меня двести лет назад! — ненавистно воскликнула ведьма, подходя ближе. Потом резко все эмоции исчезли с её лица. — Ладно, хватит о Паниторе, у меня есть ещё одно незаконченное дело, — Карина достала странного вида кинжал — его деревянная ручка была несколько закруглена вниз, трещины шли по всей её поверхности, лезвие орудия было сделано из чёрного камня, имевшего некую схожесть со стеклом.
«Обсидиан!» — догадалась Аина.
Рен отошёл от неё, направляясь к своей бывшей спутнице жизни.
— Рен! — закричала девушка. Карина сделала какой-то жест рукой, и Аину отбросило к ближайшей стене.
— Два убийства в один день, не много ли? — холодно произнёс Рен, остановившись напротив ведьмы.
— Нет, зачем же откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, — ядовитая усмешка и взмах рукой.
Бессмертный дёрнулся, резко втянув в себя воздух. По его правому боку потекла кровь, её алые капли орошали старый каменный пол. Рен, сжав воткнутый в него кинжал, шагнул к стене и, держась за неё, медленно осел.
— Рен, — тихо позвала его Аина, сердце словно вырвали из груди, а место, где оно было, запульсировало такой сильной болью, что вытерпеть её было просто невозможно. Гнев, застлал глаза девушки, ярость пробудила, казалось, затихшую в душе тьму. Её разрушительная, мощная энергия потекла по всему телу, наделяя Аину огромнейшей силой, которую взять под контроль было очень трудно. Но она смогла. Создав энергетический шар тьмы, девушка направила его в Карину, та отлетела в противоположный от двери угол. Аина подбежала к Рену, тот тяжело дышал, кровавая лужа от его раны всё разрасталась и разрасталась. Ухватившись за рукоять кинжала, девушка вынула его из тела парня и отбросила в сторону. Аина сжала руку возлюбленного.
— Возьми мою силу, телепортируй нас.
Бессмертный кивнул. Девушка почувствовала, как тьмы в ней становится всё меньше, сила её уходит к Рену. Аина заметила, что Карина уже поднялась.
— Давай, Рен, сейчас, — шепнула девушка.
Хлопок. Они переместились в замок.
В мгновение ока Рен и Аина очутились в комнате парня. Девушка помогла ему дойти до кровати, рана до сих пор кровоточила, хоть и не так сильно.
— Где у тебя аптечка? — аккуратно сняв с пострадавшего верхнюю одежду, спросила Аина.
— В первом ящике комода.
«Так бинт, антисептик, марлевые салфетки, вода», — найдя всё необходимое, девушка вернулась к Рену.
Тот находился в предобморочном состоянии, кожа побледнела, глаза всё чащу закрывались.
— Рен, Рен! — Аина привела его в чувство, легонько похлопав по щеке. Девушка расстегнула его рубашку, наполовину пропитанную алою жидкостью.
— Тебе больно? — Аина заглянула парню в глаза.
— Нет, — соврал он.
Девушка промыла кожу вокруг раны, обработала её края, наложила повязку. Потом уложила Рена в постель, накрыв одеялом.
— Не волнуйся, со мной всё будет в порядке, регенерация сделает своё дело, — парень говорил тяжело, каждое слово вызывало у него отдышку.
— Что я ещё могу сделать? — слёзы исказили голос Аины, в нём были боль и отчаяние.
— Ты уже всё сделала, спасибо, Аина, — слабо улыбнулся Рен. — Просто побудь рядом.
Девушка легла рядом с парнем, прильнув к его плечу, обняла его руку. Раздался звук падающих поленьев, Аина вздрогнула.
— Это автоматическая система подкладывания дров. Каждый час в камин падает определённая порция, — успокоил её усталый голос Рена.
— Ты придумал? — с восхищением произнесла девушка.
— Да, — еле слышно ответил он.
— Какой ты умный, — Аина заплакала, громко всхлипывая и сжимая пальцами одеяло.
Эмоции обрушились на неё огромной снежной лавиной, накрыли страх, боль, тоска, скорбь. На миг вернулось то пугающее душу чувство пустоты — оно появилось, когда Карина вонзила кинжал в Рена. То, что тогда ощутила Аина невозможно выразить никакими словами. Когда она лишь на секунду представила, как умирает Рен, как свет гаснет в его прекрасных глазах, цвета мокрого асфальта, бессмертное сердце останавливается, чтобы больше никогда не воспроизвести ни одного удара, кровь больше не течёт по его венам, его энергии больше нет здесь, в то мгновение почти что умерла сама Аина. В тот момент она была готова пойти на всё, лишь бы Рен остался жив. Только бы снова видеть его, слышать до боли знакомый голос, чувствовать его прикосновения к своей коже. Тогда девушку не пугала Тьма, притаившаяся в углах комнаты и так отчаянно рвущаяся на свободу из самой Аины. Тогда она была способна на всё, она была всесильна. Могущественна, как никогда, и силу эту дала ей любовь.
Парень повернулся к Аине, оперевшись на раненный бок.
— Ты…
— Всё в порядке, рана уже почти зажила, — заверил её Рен, но девушка заметила, как он поморщился от боли.
Парень прижал Аину к себе, а она всё ещё не могла остановить льющиеся из глаз слёзы. Она всё ещё боялась, чувствовала, это не конец.
— Что будет дальше? — тихо спросила девушка.
— Ты и сама знаешь, — с болью, смешанной с виной и сожалением, ответил Рен.
