– Товарищ Брюхов, – с трудом услышал я ответ, – передайте Главкому, что я болен. У меня высокая температура, и врачи уложили меня в постель.
Я доложил Чуйкову, но ответ еще больше взбесил его:
– Я же приказал! Живого или мертвого доставить ко мне!
Я выскочил за дверь, как ошпаренный, и по телефону предупредил генерала, что выслал за ним машину. Вскоре этот сильно больной человек появился на пороге приемной. Лицо его пылало, пот градом катился по лицу.
– Что случилось? – чуть слышно проговорил он.
– Я не в курсе. Проходите в кабинет.
Даже через закрытую дверь было слышно, как беспощадно Чуйков распекал генерала, оскорбляя и унижая его. Выплеснув злобу, Главком выгнал начальника связи из кабинета. Убеленный сединами боевой генерал, тяжело шаркая ногами по ковру, еле двигался к выходу. Я помог ему добраться до кресла. Сев в него, он безжизненно откинулся на спинку; голова свалилась набок, по морщинистым щекам вместе с потом текли слезы. Я подал ему стакан воды. Смочив губы, генерал отстранил его и, посидев минут десять, с трудом встал и, отказавшись от моей помощи, побрел к выходу. Мне было жаль этого человека…
Вскоре раздался звонок из Москвы, который я переключил на Главкома:
– Василий Иванович, спасибо, связь работает. Хозяин переговорил с немецкими товарищами…
Оказалось, что работы по установке оборудования были выполнены в срок, о чем генералу доложил его заместитель. Тот, лично не проверив, доложил Главкому, но на одной из подстанций связисты замешкались и чуть позже включили линию. Тем не менее участь начальника связи группы была предрешена. Вскоре на его место прибыл другой генерал».
«Грубость и хамство удивительным образом уживались у Чуйкова с добротой и простотой», – делает вывод приближенный к будущему маршалу офицер.
Пройдут годы, и маршал Чуйков всерьез возьмется за мемуары. К литературной записи он привлечет писателя, участника войны И. Г. Падерина. Вскоре в записи Падерина появятся книги В. И. Чуйкова «Начало пути» («Сражение века»), «Закалялась молодость в боях», «Конец Третьего рейха». Объем написанного составил более 70 печатных листов. И хотя по авторскому праву писателю полагалась половина гонорара, он не получил за свой труд ни копейки.
Со временем у писателя стало ухудшаться зрение. Он перенес три операции. Писал очень мало, да и с деньгами было трудно. И вдруг В. И. Чуйков просит его написать к своему 80-летию итоговую книгу. А как известно, просьба маршала приравнивается к приказу. Падерин согласился, но впервые заикнулся о договоре. Маршал, не понимая, что это вопрос о гонораре, дал добро. Но когда работа была закончена и книга «От Сталинграда до Берлина» объемом 41 печатный лист (более тысячи машинописных станиц) вышла в свет, встал вопрос и о положенном гонораре. Только теперь до маршала В. И. Чуйкова дошло наконец, что ему необходимо расстаться с солидной суммой в твердых рублях. И он «взмахнул шашкой…» Сначала объявил писателя крохобором, а потом настоял, чтобы Падерина исключили из Совета ветеранов 8-й армии, где он долгое время был заместителем маршала. Но и дальше у писателя проблем не стало меньше.
И это также для Маркиана Михайловича было чуждо до конца дней его…
А в июле 1962 г., задолго до 15 ноября, когда ему официально должно было исполниться 60 лет, генерала армии Попова, приказом министра обороны № 01224, переводят в Группу генеральных инспекторов – военным инспектором советником.
Эту Группу не без иронии, а то и сарказма, называли «райской». Согласно секретному постановлению Совета министров СССР от 30 января 1958 г., она создавалась «в целях использования опыта и знаний маршалов, адмиралов, генералов армии, генерал-полковников и некоторых генерал-лейтенантов и вице-адмиралов, достигших такого возраста, когда по состоянию здоровья и перспективам на дальнейшее использование они не могут продолжить работу с полной нагрузкой».
По представлению министра обороны в эту группу зачислялись лица из числа бывшего высшего руководящего состава с большим практическим опытом, а также другие бывшие крупные военачальники и специалисты на должности генеральных инспекторов, военных инспекторов-советников и военных консультантов.
Работа включала выезды в войска на маневры и учения, чтение лекций и руководство экзаменационными комиссиями в военных академиях и училищах.
Распоряжением председателя Совета министров СССР Н. С. Хрущева от 20 июля 1960 г. в Группу генеральных инспекторов стали зачислять только со звания генерала армии и лишь в отдельных случаях – генерал-полковников «за особые заслуги» перед Родиной.
Как правильно пишет А. Тимофеев, «за Группой генеральных инспекторов следующих назначений для военачальников не следовало. Все знали, что это финал…
Основной комплекс Министерства обороны расположен на Арбатской площади, но и здесь, на тихой набережной, – главное командование сухопутных войск, ракетных войск и артиллерии. На пятом и шестом этажах – Группа генеральных инспекторов… (…)
