Три дня. Они вернулись три дня назад, и Роза не послала ей весточки. Желудок Элизы сжался.
— Роза… С Розой все хорошо?
— Лучше не бывает. Средиземноморский климат пошел ей на пользу. Мы бы еще на неделю остались, но ей хотелось принять участие в подготовке приема в саду. — Он подчеркнуто поднял брови. — Послушать их с маменькой разговоры, так это будет нечто феерическое.
Элиза скрыла смятение, она откусила еще кусочек яблока и выбросила огрызок. Элиза слышала краем уха о приеме в саду, но решила, что это очередное светское мероприятие Аделины, а Роза тут ни при чем.
Натаниэль снова поднял книгу.
— Потому я и выбрал ее для чтения. Миссис Ходжсон Бернетт появится на приеме. — Он широко распахнул глаза. — Полагаю, вам не терпится с ней познакомиться? Должно быть, весьма приятно побеседовать с другой сочинительницей.
Элиза, пряча глаза, зажала уголок листа, на котором писала, между большим и указательным пальцами.
— Да… полагаю, да.
Виноватая нотка проскользнула в его голосе.
— Вы, конечно, придете? Роза говорила, что придете. Прием состоится на овальной лужайке, в субботу, в десять утра.
Элиза нарисовала лозу вдоль края страницы. Роза знает, что ее кузина не любит приемы, вот и все. Заботливая Роза избавила Элизу от мучительного общества тети Аделины.
Голос Натаниэля был нежен.
— Роза часто говорит о вас, кузина Элиза. Мне кажется, что я и сам вас знаю. — Он махнул рукой. — Она рассказала мне о вашем саде, вот почему я пришел сегодня. Мне надо было самому увидеть, так ли он прекрасен, как она описала.
Элиза на мгновение встретилась с ним глазами.
— И?
— Все правда, до последнего слова, и даже более того. Как я уже сказал, я виню сад за то, что он отвлек меня от чтения. Свет падает так, что мне хочется перенести его на бумагу. Я изрисовал весь фронтиспис книги. — Он улыбнулся. — Только не говорите миссис Ходжсон Бернетт.
— Я возродила сад для нас с Розой. — Собственный голос казался Элизе странным, она привыкла быть одна. К тому же она стыдилась слишком явного выражения своих чувств и все же была не в силах умолчать о них. — Чтобы у нас было тайное убежище, где никто нас не найдет, где Роза могла бы сидеть на воздухе, даже если ей нездоровится.
— Розе на редкость повезло иметь кузину, которая так о ней заботится. Я безгранично благодарен за то, что вы сберегли ее для меня. Мы в некотором роде команда, верно?
«Нет, — подумала Элиза. — Мы с Розой — пара, команда. Ты — лишний, временный».
Уокер встал, отряхнул брюки и прижал книгу к груди.
— А теперь я должен с вами сердечно попрощаться. Мать Розы строго следит за соблюдением правил, сомневаюсь, что ей понравится, если я опоздаю к обеду.
Элиза проводила его, посмотрела, как он уходит. Она закрыла ворота и села на краешек скамейки, затем отодвинулась, чтобы не сидеть на еще теплом после него металле. В Натаниэле все было достойно любви, и оттого она его невзлюбила. Их встреча оставила тяжесть у нее на душе. А все из-за упоминания о приеме в саду и о Розе, его уверенности в нежности чувств супруги. Благодарность, которую он выразил Элизе, хоть и весьма мило, не оставила у нее сомнений, что он считает Элизу лишь помощницей. Да к тому же проник в ее сад, так легко найдя дорогу через лабиринт…
Элиза отогнала подобные мысли. Она вернется к своей сказке. Так она сможет забыть неприятную встречу. Принцесса как раз собиралась последовать за верной служанкой в пещеру феи.
Но как Элиза ни старалась, живость покинула ее и забрала с собой вдохновение. Сюжет, который вначале наполнял ее радостью, показался неубедительным и ветхим. Элиза зачеркнула все, что написала. Так не пойдет. И все же как она ни крутила, ничего не получалось: слыханное ли дело, чтобы сказочная принцесса предпочла советника принцу?
Солнце светило так ярко, словно Аделина заказала у Бога хорошую погоду. Новые лилии прибыли вовремя, да еще Дэвис совершил набег на сады в поисках экзотических цветов для украшения. Ночной ливень, из-за которого Аделину мучили бессонница и тревога, лишь добавил блеска саду, и каждый лист выглядел так, словно его отполировали. На свежепримятой лужайке были искусно расставлены кресла с подушками. Наемные официанты выстроились вдоль лестницы образцами спокойствия и уверенности, а на кухне, вдали от взглядов и мнений, не покладая рук трудились повариха и ее команда.
Всю последнюю четверть часа гости прибывали на разворотную площадку, где Аделина их приветствовала и провожала к лужайке. Как великолепно они смотрелись в своих изысканных шляпах! Но самой изысканной была шляпа Розы, специально привезенная из Милана.
Аделина стояла в тени огромного рододендрона и изучала гостей: лорд и леди Эшфилд сидят с лордом Ирвингом-Брауном, сэр Морнингтон пьет чай, наблюдая за партией в крокет, юные Черчилли играют и смеются, леди Сьюзен Хьюзер ведет приватную беседу с леди Каролиной Эспли.
