– Да, – кивнул депутат, – не нужно придумывать страшные истории, когда их нет. И тем более не нужно придумывать истории там, где они совсем не нужны. Но мы слишком много говорим об этом деле. У меня есть масса других, более интересных. Я вам расскажу, как мы нашли убийцу двух женщин. Это был настоящий детектив. Преступник даже принес на место преступления бутылку с отпечатками пальцев мужа одной из этих женщин. Можете себе представить, какой негодяй? И мы арестовали мужа, допрашивали его, уверенные, что он совершил убийство. А потом нашли настоящего убийцу.
– Как интересно, – вежливо заметил Дронго, – но мне кажется, что вы слишком себя растрачиваете. Уже давно пора сесть за воспоминания о вашем славном опыте. И поделиться им с остальными. Получится очень интересная книга.
– Вы так думаете? – обрадовался депутат.
– И еще один вопрос насчет того самоубийцы. А вы не подумали, что его жена или друзья могут лучше знать убитого, чем все остальные?
– Это не меняет сути дела. – Брейкш нахмурился: – Почему вы все время спрашиваете меня об этом деле? Почему только об этом? Это было типичное самоубийство. Дверь и окна, закрытые изнутри, его прощальная записка и консьерж, который находился внизу. Абсолютно все свидетельствовало о самоубийстве. Никаких сомнений. И не нужно больше об этом деле, мне неприятно о нем говорить.
– Разумеется. – Дронго налил ему вина, но Брейкш покачал головой.
– Я выпил слишком много, – неожиданно заявил он, – думаю, мне вполне достаточно. Сколько вы собираетесь пробыть в нашем городе?
– Месяц, – соврал Дронго.
– Тогда мы с вами еще встретимся. Я расскажу вам столько интересного, что вы сами сможете написать книгу. Но я думаю, что и у вас есть такие же интересные случаи, – великодушно заявил депутат.
– Не такие, как у вас, – возразил Дронго, – спасибо, что вы нашли время со мной пообедать.
– Пожалуйста. Мне было очень приятно с вами обедать, – Брейкш достал свою визитную карточку и протянул ее Дронго, – здесь мои координаты. Можете звонить в любое время. Мне очень приятно, что такой значительный человек, как вы, приехал ко мне в Ригу. Счастливо оставаться. – Он пожал руку Дронго и, почти не шатаясь, направился к гардеробу. К Дронго подскочил официант.
– Вы будете пить кофе? – спросил он.
– Нет, – отказался Дронго, – не нужно. Принесите, пожалуйста, счет. Кстати, вы знаете этого господина?
– Конечно, – удивился официант, – это бывший следователь Айварс Брейкш. Раньше он не часто здесь появлялся. А как только стал депутатом, то назначает все свои свидания у нас. Ему нравится здесь обедать.
– За счет собеседников? – прищурился Дронго.
– Почти всегда, – кивнул официант, – как только вы пришли, я уже знал, что именно вы будете платить по счету.
Дронго беззвучно рассмеялся. Фактов против самоубийства становилось все больше и больше. Он вдруг решил, что может позволить себе немного дерзкую выходку. Ведь Брейкш не знал о найденной запонке. И, оставив деньги на столике, он выбежал из ресторана. Депутат уже садился в машину, когда Дронго подбежал к нему.
– Я хотел сообщить вам очень важные сведения, – сказал он.
Брейкш взглянул на него, чуть нахмурившись. На улице уже не было вальяжного и немного пьяного собеседника. Это был строгий и трезвый депутат, садящийся в автомобиль.
– Какие сведения? – спросил Брейкш, усаживаясь на заднее сиденье своего «Фольксвагена». – О чем вы хотите сообщить?
– Дело в том, что вы напрасно не обратили внимания на синяки, – любезно сообщил Дронго, наклоняясь к бывшему следователю, – они получились не от удара. На рубашке покойного не было одной запонки. Она вылетела в окно, которое было, очевидно, раскрыто. И вылетела под таким углом, что попала в стену, рядом с окном. И пролежала там целых одиннадцать лет. Несколько дней назад ее нашли. Как вы могли не обратить внимания, что на покойном не было одной запонки? Подозреваю, что именно на этой руке у него и были кровоподтеки.
– Откуда вы знаете? – изумился Брейкш. – Кто вы такой?
– До свидания, – Дронго захлопнул дверцу автомобиля.
– Погодите! – крикнул Брейкш, вновь открывая ее. Он вдруг с ужасом вспомнил, что был излишне откровенен с этим незнакомцем. – Кто вы такой? Журналист? Следователь? Друг Краулиня?
– Я не называл вам его фамилию, – напомнил Дронго и вернулся в ресторан.
Водитель плавно отъехал, и Брейкш сам захлопнул дверцу. Затем достал из кармана телефон и быстро набрал номер.
– В городе появился какой-то ненормальный тип, который выдает себя за известного эксперта. Я тебя прошу, Улдис, проверь по старой дружбе, кто он такой. Может, аферист или фальшивомонетчик? И узнай, нет ли за ним каких-нибудь грешков. Он называет себя Дронго.
Улдис в ответ рассмеялся. У него было хорошее чувство юмора, необходимое начальнику полиции.
– Такого человека просто не существует, – убежденно заявил Улдис, – это миф, легенда, выдумка. Под именем Дронго действует целая группа людей. Я недавно прочитал об этом в российском журнале. Была целая статья о том, что его не существует.
– Тем более, – разозлился Брейкш, – но я сегодня с кем-то обедал.
