В этой книге исследуются образ мыслей и учение Сперджена. Это не биография. Тем не менее, поскольку основные темы его проповедей были обусловлены историческими обстоятельствами, я сосредоточил свое внимание на трех богословских конфликтах, имевших место во время его служения. Первый конфликт возник в ранние годы служения Сперджена. Проповедуя в Экзетер-холле и мюзик-холле на Сарри-гарденс, он выступал с резкой критикой современного евангельского христианства 2, пришедшего в упадок, и тем самым привлек к себе внимание служителей других церквей и газетчиков, так как к тому времени прочно сформировалось мнение, что богословие, которое Сперджен пытался возродить, — дело прошлого. Второй конфликт был порожден проповедью о возрождении через крещение, которую Сперджен произнес 5 июня 1864 года. Она стала самой популярной его проповедью и породила споры, вышедшие далеко за рамки темы крещения. В каталоге Британского музея в разделе «Сперджен» почти четыре колонки занимают наименования книг и брошюр, посвященных этому спору. Хотя в вопросе крещения я не согласен со Спердженом, я считаю, что этот спор был одним из самых важных неразрешенных споров прошлого века. Последний конфликт, продолжавшийся с 1887 года вплоть до его смерти в 1892 году (тогда ему исполнилось пятьдесят семь лет), был вызван протестом Сперджена против проникновения богословского либерализма в некоторые церкви. Это была, конечно же, самая тяжелая схватка за все время его служения, но она была неизбежной, ибо, как писал Э. К. Симпсон, «раскол между либералами и истинными вестниками Христа дошел до самого основания».
Скажу здесь несколько слов в качестве вступления к первому из этих конфликтов. В современном христианском мире этот конфликт вряд ли получил бы такое развитие. Нынешние христиане избегают таких слов, как «арминианство» и «кальвинизм». Вместо этого они говорят, что библейский христианин — это человек, который отрицает всякие системы, выстроенные человеком. Они говорят, что «арминианство» и «кальвинизм» — устаревшие слова, что никаких богословских конфликтов не было бы, если бы обе стороны увидели, что и арминианство, и кальвинизм основаны на Писании, только первое вероучение делает акцент на ответственности человека, а второе — на божественном все-
властии. Ни одна из сторон, говорят сегодня, не видит истину во всей ее целостности. Но, во-первых, такой подход к решению этого конфликта не нов. В свое время Сперджен критиковал одного человека, который рекомендовал ему придерживаться «трех кальвинистских пунктов и двух арминианских» 3. А во-вторых, этот подход совершенно небиблейский, ибо в действительности он отрицает и всевластие Бога, и ответственность человека в том смысле, в каком понимает их Писание. Быть библейским христианином не означает просто называть себя таковым.
В молодости Сперджен употреблял слово «арминианин» по отношению к конкретным людям в качестве ярлыка. Но позже он понял, что этим нарушает «новую заповедь» (Ин. 13:34), и поэтому оставил эту практику. Однако до тех пор, пока существует представление о Евангелии, которое в прошлом называлось арминианским, существует необходимость в соответствующем богословском термине, определяющем данную позицию. Что изменится, если мы просто перестанем употреблять слово «арминианин»? Например, знаменитый Джон Уэсли не стыдился, когда его называли арминианином, потому что был убежден, что арминианская точка зрения истинна. Он относился к арминианству как к определенной библейской концепции. Точно так же существуют определенные богословские представления, заново открытые в эпоху Реформации, отличающиеся от представлений современного евангельского христианства, и представления эти необходимо обозначить каким-нибудь термином, чтобы указать на эти отличия. Богословие Реформации было названо кальвинизмом почти случайно, но эта случайность сослужила свою службу: для кальвиниста кальвинизм — библейская система, а не учение реформатора XVI века. Именно в этом смысле Сперджен употребляет данный термин. Для него кальвинизм — это учение Августина и Павла в той же мере, что и женевского реформатора. Поэтому не стоит отказываться от употребления этих названий, использовать их во время дискуссии просто необходимо, иначе не будет ясности. Назвать себя просто приверженцем Библии — значит ничего не сказать, потому что сразу возникает вопрос, что конкретно Писание говорит по тому или иному вопросу.
Предваряя описание вышеупомянутого конфликта, нужно сделать еще одно замечание. Некоторые думают, что слабость кальвинизма заключается в его строгой систематичности и целостности. Они убеждены, что кальвинисты, доведя логичность рассуждений до крайности, загнали себя в ловушку.
