Карина не сопротивлялась когда Сашка подошёл к ней, молча поднял за плечи, поставил на ноги и повёл вперед.
***
Кипров тем временем благоденствовал. Не было сомнений и тревог. За последние несколько лет он был счастлив. Он решил для себя, что именно сейчас и начнётся его настоящая жизнь. Как он мог не замечать, что вокруг него происходит столько всего интересного, а он только и делает, что считает активы и пассивы.
Кипров вдруг ощутил две вещи – с одной стороны его жизнь была настолько длинной и насыщенной, что сейчас он уже чувствует себя слишком старым, с другой стороны, его тело и мозг работают как часы и он столько всего ещё не видел, не слышал, не чувствовал, а значит он не может быть старым, ведь жизнь только продолжается.
Виновницей этой перемены была, разумеется, Алла. Она была девушка с непростым характером. Слегка вспыльчивая, недоверчивая, порой агрессивная. Она никак не могла подобрать правильную линию поведения с Кипровым, поэтому каждый раз выкидывала что-то новое. Ей была непонятно и немного страшно от той ситуации, в которой она оказалась. Ведь тогда, при первой встрече, она была расстроена и не вполне трезво отвечала за свои действия. Ей надо было на ком-нибудь выплеснуть обиду и злость, вот Кипрову и попало. Но что удивительнее всего, так это то, что этот человек после всех её слов предложил ей принять его заботу. С чего бы это? Нет, Алла, конечно, не была дурой и понимала, что она была красивой молодой девушкой, и что, как правило, хотят от неё мужчины. Она решила для себя, что первом же намеке на какие-нибудь «услуги» она тут же уходит прочь, а до тех пор возьмет с этого мешка денег как можно больше.
Но дни шли, а Кипров не позволял себе ровным счётом ничего. Алла была озадачена, ей даже стало интересно, что же такое задумал Александр Николаевич и, что он хочет получить он неё.
Всеми правдами и неправдами она пыталась вывести Кипрова на этот разговор. Тот же вел себя как блаженный. По истечении недели Алла попробовала закатить скандал, чтобы хоть немного вывести их равновесия этого человека. Но всё тщетно. Кипров бы скалой. Они был как старый сильный дракон и маленькая принцесса, которую дракон уже отпустил, но она не уходит по собственной воле.
Алла немного привязалась к Кипрову. Они проводили многие вечера в разговорах обо всём. Александр Николаевич был очень образованным и начитанным человеком. В моменты своего спокойствия, Алла слушала его рассказы о его жизни, о том, что происходит в России, историю самой России, его наблюдения и догадки, его разнообразные идеи.
Да, Кипров слишком долго был один. Ему очень важно было передать кому-то весь свой накопленный опыт. Так сказать, вложить себя в другого человека. Алла имела безграничную свободу в Кипровском офисе–особняке. Могла открывать любые ящики, изучать бумаги.
В один день Кипров работал у себя в кабинете. Алла, по обыкновению, задавала вопросы, шутила и слегка капризничала, когда Кипров слишком долго не обращал на неё внимание. Слишком долго это значит больше десяти секунд. Это была их игра и она им обоим нравилась.
Получив ответ на очередной смешной вопрос вроде «а в каком веке ты родился?» или «а ты видел Ленина, вы же с ним должны быть одногодки», Алла подошла к правой стороне стола и открыла верхний ящик. Там лежали те самые очки, с которыми у Кипрова было столько неприятных воспоминаний. Повертев их немного в руках, примерив, поморщившись и проворчав по поводу «как ты вообще можешь их носить, они же такие ниочёмные», Алла положила очки на стол и стала ковыряться в бумагах дальше.
На Кипрова эта вещь со стеклами и душками не могла не возыметь эффекта. Олигарх вздрогнул, почувствовал неприятный вкус во рту, оказывается, прикусил язык. В его воспоминаниях разом вспыхнули все те неприятные минуты, которые ему пришлось пережить по вине одного человека. Алла, между тем, не заметив перемены в лице Александра Николаевича, продолжила методично изучать содержимое стола.
– Александр Николаевич, вам не стыдно? – спросила Алла подняв свою белокурую головку, – у вас тут куча всяких бумаг, а ничего сладенького нету.
– А? Что? – Кипров вернулся в реальность от своих мрачных воспоминаний
– Я говорю, никакой шоколадочки у вас нет. С чем же вы этот коньяк пьете?
– Я не пью его.
– А зачем же он вам здесь?
– Для гостей.
– А разве гостей угощать сладким не надо? Знаете, насколько больше подписей вы бы получили на всех этих ваших договорах, если бы вместе с коньяком предлагали что-нибудь вкусненькое.
Алла присела на край стола. Кипров пробормотал что–то вроде «учту» и вернулся к работе, – Итак… – продолжила Алла, но вдруг замолчала и перевела взгляд на бумажку, которая торчала из-под кучи бумаг.
– Что это тут у нас? Оу! Что за слово такое странное? Имя? Мистер, важный дядя Кипров, я у вас спрашиваю.
– Да, да, я слушаю тебя дорогая, купим много шоколада и конфет, будем всех угощать, – забормотал Кипров не отрывая взгляда от бумаг.
– Вот негодник! – Алла выплеснула руками, – а вроде взрослый человек!
– Что? Что? Ты о чём?
