- Жив, жив, что мне сделается… - с несколько обескураженным видом подтвердил маг. - А вот если ты и дальше будешь так меня прижимать к доскам, то я точно долго не протяну…
Графиня поспешно вскочила, заливаясь румянцем. Впрочем, счастливая улыбка с ее лица никуда не делась.
- Эта ненормальная чуть за тобой в море не кинулась, - не упустил возможности наябедничать Светомир. - Насилу удержал!
Айна смущенно потупилась, когда маг перевел на нее тяжелый взгляд.
- Я с тобой отдельно поговорю, - пообещал он.
Графиня лишь покаянно вздохнула.
Маг не обманул. Когда Нирм был более-менее приведен в чувство и сдан на руки Маржане и Зари для дальнейшего лечения, колдун учинил графине форменную головомойку. Вернее, попытался это сделать.
- Тебе что, жить надоело?! - в праведном гневе разорялся он. - Ты постоянно лезешь во все опасные места, как нанятая! Разве я просил твоей помощи?! Мне было бы куда спокойнее, если бы ты стояла смирно в сторонке и не высовывалась!
- А мой ментор говорил, что иногда бездействие хуже предательства! - не уступая магу в запале и громкости, возражала Айна.
- Порой - да, - ну попадись ему только этот ментор! Умную фразу сказал, а объяснить ее смысл не потрудился! - Но это не значит, что нужно очертя голову кидаться во все передряги на своем пути!
Заринна постояла немного неподалеку, делая вид, что все ее внимание занято исключительно красотами морского пейзажа, но на самом деле прислушиваясь к разговору. На лице магички блуждала загадочная улыбка. Отошла она крайне довольная жизнью в целом и личной жизнью своего лучшего друга в частности.
- Сумасбродка, - тем временем продолжал выговаривать графине колдун. - Ну вот зачем ты полезла чуть ли не лису в пасть?! Подвигов захотелось?! А если бы он тебя укусил?!
Маг старался сохранять на лице суровое выражение - но куда там! Голос колдуна помимо воли звучал нежно и ласково, взгляд с каждой минутой все больше теплел, а уголки губ то и дело начинали подрагивать, возвращая на лицо улыбку.
- Так не укусил же! - обезоруживающе улыбнулась Айна и вдруг, не сдержавшись, хихикнула: - Зато теперь ты - мой! Слышал, что сказал лис? И я намерена тобой владеть! И пользоваться! Трепещи!..
- Глупышка… - вздохнул маг, качая головой. Вся его злость окончательно исчезла, истаяла, оставив вместо себя безграничную нежность. - Я давно уже твой…
Капитан, как ни странно, выглядел не особенно удивленным произошедшим. Рассерженным, негодующим - да. Но не потрясенным, как можно было ожидать.
- Как понимать твое спокойствие? Ты знал, что с твоим лисом дело нечисто? - напустилась на Ытыриэля Заринна.
Капитан потупился. Вздохнул. Поскреб макушку в надежде вызвать умную мысль. Мысль не вызвалась.
- Знал, - наконец нехотя признался он. - Но я и не предполагал, что… что так выйдет…
- Давай-ка рассказывай по порядку: кто, что, как, когда? - потребовал колдун.
Капитан снова вздохнул, помялся, но все же начал рассказ.
У каждого взрослого разумного или не очень (это уж как природа расщедрится) существа есть враги. Один или целое полчище, мелкие или крупные, хитрые и коварные или действующие напролом, бьющие в лоб. Но не стоит роптать на судьбу, если вам достались особенно хитрые, мерзкие и злокозненные недруги. Мы собственноручно выбираем себе врагов. Они во многом зависят от того, каковы мы сами.
Я не исключение. У меня тоже был враг. Нет, на самом деле недругов, неприятелей и прочих грябьих детей, всячески отравляющих мое существование, за свою пиратскую жизнь я успел приобрести немало, но вот Враг с большой буквы, дрыц его побери, был один.
Хитрый. Умный. Расчетливый. Наглый и самовлюбленный. Я ненавидел его до зубовного скрежета и добрый десяток лет мечтал только об одном: сжать пальцы на холеной, лоснящейся от жира шее этого напыщенного человеческого болвана и насладиться его агонией.
На первый взгляд наша вражда объяснялась общей сферой деятельности. Мы и впрямь не могли поделить море, вдвоем нам было тесно на его волнах. Мы оба были не первыми в своем ремесле, даже не вторыми, но каким-то необъяснимым образом ходили одними морскими путями и грабили одни корабли. Порой даже случалось, что мы выбирали в жертвы одно и то же судно одновременно. Несколько раз, уже приготовившись к абордажу и заприметив конкурентов, мы затевали свару. Наши команды выясняли отношения, а сообразительные мореходы уходили из-под носа, чем распаляли враждующих еще больше.
Но мои чувства были далеки от жадности и погони за золотом. Я
хотел во что бы то ни стало доказать своему врагу, что я - лучше,
сильнее, умнее его, продемонстрировать свое превосходство и царским
жестом указать В
Я был очень молод тогда - мне едва исполнилось восемьдесят. По эльфийским, да и по тролльим меркам - "зеленый" возраст. Моему врагу-человеку - чуть больше сорока.
