— Мне странно, что поженились именно вы, учитывая, что… — он не договорил. Осекся на половине слова, будто спохватившись о том, что сболтнул лишнего и, махнув рукой, сказал, — не бери в голову. Я просто ворчу. С универа Марата знаю, а к его выкрутасам никак не привыкну.
Черт, Ремизов! Мог бы сказать, что это твой приятель, а не просто так!
Теперь придется еще больше держать ушки на макушке и контролировать каждое слово, чтобы не проколоться и не выдать главного секрета нашего «счастливого брака».
Сдержано улыбнувшись, я кивнула:
— Он большой затейник… За это и полюбила.
— Ладно, не буду терзать расспросами о вашей семейной жизни, давай перейдем к рабочим моментам.
Когда разговор перешел на работу, стало легче. Лучше уж обсуждать график и обязанности, чем крутиться вокруг нас с Ремизовым, пытаясь обойти лишние углы и не сказать лишнего.
Я была рада, что Роман не стал развивать эту тему, но его «учитывая, что…» застряло в голове. И даже позже, когда я уже оказалась у кадровика, мысли продолжали кружиться возле этих слов.
Что он собрался учитывать? Какая-такая причина делала наш брак в его глазах «странным»?
Я уже жалела о том, что он не договорил до конца. Теперь вот сиди, думай, накручивай себя…
К счастью, очень скоро времени на накрутки не осталось. Пришлось читать должностные инструкции и подписывать целую кипу документов, прежде чем приступать к работе. Да еще и Матвей активизировался.
Я как раз ставила очередную подпись, когда от него прилетело:
***
Уже доложили. Оперативно.
Я невольно оглянулась, мазнув настороженным взглядом по сторонам, как будто ждала, что шпион, докладывающий брату о каждом моем шаге, как-то проявит себя.
Конечно, никого не увидела, но спокойнее не стало.
За мной присматривали люди Матвея, а я даже не заметила этого.
Тут же в памяти начала прокручиваться, о чем мы говорили с мужем по пути сюда, как говорили, не болтали ли чего-то лишнего, способного натолкнуть брата на ненужные мысли.
Вроде нет. Все чисто.
Эта необходимость держать язык за зубами, следить за каждым словом уже начинала меня пугать. Вдруг случайно что-то ляпну и спровоцирую Матвея на жесткие шаги? Что тогда?
Мне нечего было ему ответить, поэтому продолжила заниматься документами, однако спустя пять минут пришло очередное сообщение
Не отстанет ведь.
Извинившись перед женщиной, принимающей меня на работу, я быстро напечатала ответ.
Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы Матвей сбавил обороты и перестал так настырно лезть в мои дела.
Когда с бумагами было покончено, меня поздравили, что я стала частью команды, пожелали всяческих успехов на рабочем месте и отвели на это самое рабочее место.
Поскольку должность у меня пока была скромная, то и кабинет соответствующий. Без панорамных окон, на четыре стола.
Мой оказался в самом неудобном месте – максимально удален от входа, вдобавок, чтобы к нему подобраться надо было притиснуться мимо тумбы, на которой стояла большая копировальная машина.
Угол тумбочки так и норовил вонзиться в ляжку, и, зная мою природную ловкость, быть мне в синяках…
Однако настроения это не испортило. Боевого настроя – тоже.
Мне здесь нравилось, и я надеялась на долгую и продуктивную работу. А синяки всегда можно замазать.
Прием у начальника, трудоустройство и прочие организационные моменты заняли больше времени, чем ожидалось, поэтому кабинет был пустым – сотрудники ушли или на обеденный перерыв, или на перекурю. У меня в распоряжении оказалось немного времени, чтобы осмотреться, привести мысли в порядок и настроиться на рабочий лад.
И когда новые коллеги вернулись я уже была в полной боевой готовности.
Первой зашла женщина лет сорока. В строгом деловом костюме цвета грозового неба, с идеальной укладкой и маникюром.
Следом две дамы помоложе.
Одной, наверное, около тридцати-тридцати трех. Темненькая, худенькая, с каре. Одета во все джинсовое, начиная от кед, заканчивая рубашкой.
Вторая – блондинка, примерно моего возраста, одетая во все красное. Высокая, статная, аппетитная. Тот тип фигуры, который может похвастаться привлекательными объемами в стратегически важных местах, и в то же время балансирует на грани лишнего веса.
На мой взгляд слишком откровенное декольте, но возможно это просто женская зависть, потому что у меня самой не так-то много поводов для гордости в этом пламени. Как не забывал напоминать Матвей при каждой встрече: помесь палки и бледной моли. Знаю, что на самом деле все не так уж и плохо, но осадочек и комплексы после слов брата осались.
Увидев меня, все трое удивленно остановились.
— Здрасте, — совсем не элегантно, брякнула блондинка.
Испытывая легкую робость, я поднялась на ноги:
— Добрый день. Меня зовут Есения, с сегодняшнего дня я работаю с вами.
— М-да? — она с сомнением прошлась по мне взглядом, в котором так и горело «понаедут тут всякие, потом ложки пропадают».
— Да, — твердо ответила я.
После работы в магазине, мне уже было ничего не страшно. Хоть как на меня смотри – плевать.