Марат обычно приходил домой около девяти. Иногда в десять. Я никогда не задавала вопросов, где он был, искренне веря, что все это время муж проводил на работе…
Почему?
Наверное, потому что дура. Ибо только дура, могла придаваться таким фантазия и считать, что после работы мужчина, с которым она состояла в фиктивном браке, тут же бежал домой.
Только непроходимо наивная бестолочь могла игнорировать логичный вопрос: зачем ему это надо? Посидеть перед телевизором с нелюбимой женой? Пообщаться с ней, потому что за день жуть как соскучился?
Конечно, же нет. С чего ему по мне скучать.
В груди снова екнуло и расплескалось что-то обжигающе ядовитое.
А Роман продолжал смотреть. Словно изучал мою реакцию, просвечивал насквозь, ища подвох, ждал, чего я скажу.
К счастью, лифт опустился на первый этаж и распахнул двери, пронзительным писком намекая, что пора заканчивать разговор и выметаться из кабины.
Что я и сделала:
— Простите, мне пора.
Роман больше ничего не сказал и не пытался задавать вопросов, только посторонился, пропуская меня вперед, а сам пошел следом.
Я чувствовала его взгляд между лопаток и никак не могла понять, почему он на меня пялится. Что ему вообще от меня надо?
А еще я на него злилась за то, что всего парой вопросов ему удалось лишить меня покоя и разбить стеклами во внутрь мои и без того потрепанные розовые очки.
Марат никогда не упоминал другую женщину. Мы вообще эту тему обходили стороной. Та неведомая Аля в последнее время стала казаться чем-то эфемерным. Розовым единорогом, которого не существует.
Я ведь расслабилась. Поверила во что-то хорошее. Стала неосмотрительно забывать с чего начинался наш брак, с каких условий и причин.
А теперь вспомнила. Прочувствовала, мать его, каждой клеточкой.
Ремизов любил другую. Даже если не говорит об этом. Да и кто я такая, чтобы со мной обсуждать настоящие чувства? Никто! Ширма от любопытных глаз.
Все это время он уходил после работы к ней. Проводил со своей возлюбленной несколько сладких часов, и после этого шел домой. Не ко мне. Просто домой. В свою квартиру, которую он вынужден делить с временным постояльцем.
Марат не оставался у Али на ночь, не проводил с ней выходные. Как приличный семьянин всегда возвращался домой, чтобы не скомпрометировать ни себя, ни меня, ни свою драгоценную любовь, чтобы не давать повода для подозрений и перешептываний за нашими спинами.
Просто сама порядочность…
Только мне что с этим всем делать? Как пережить этот дурацкий год и не провалиться в Ремизова настолько глубоко, что потом не будет сил выбраться волю? Как?
А потом я вышла на крыльцо…и увидела Марата, идущего навстречу.
И несмотря ни на что, внутри сразу онемело все. Зазвенело, как натянутая тетива. Задрожало.
Он все-таки пришел за мной.
***
— Привет, — улыбнулась я, подходя к мужу.
А он… он взял и поцеловал меня!
Это произошло так быстро, так по-хозяйски, что я даже отреагировать не успела.
За долю секунды тело стало ватным, потом превратилось в бесформенное желе, а затем заполыхало адским пламенем.
Дыхание… Я напрочь забыла, что это вообще такое.
И десять тысяч миллионов искр перед глазами.
Поцеловал и отступил, не догадываясь о том, что творилось у меня внутри. Не подозревая, что таким простым жестом переломал мне все кости, раздробил ребра и наизнанку вывернул остатки сердца.
— Марат? — испуганно прошептала я, уставившись на него глаза и пытаясь понять, что на него нашло, — ты…
— Как прошел первый рабочий день? — с этими словами Ремизов обнял меня за плечи, — справилась?
Безобидное прикосновение, но стало так горячо, что даже стыдно. У меня разом все скукожилось, затрепетало, наполнившись бессмысленным и беспощадным восторгом. Задрожало!
Если он не держал, я бы, наверное, и вовсе стекла на землю, не в силах справиться с ослабевшими ногами, и блаженно хрюкала.
— Хо…хорошо, — икнув, ответила на его вопрос, — справилась…вроде бы.
— Ты ж моя умница. Горжусь тобой.
Сейчас точно в обморок хлопнусь.
Что такого сегодня произошло, раз все с ног на голову перевернулось? Звезды сошлись каким-то особым образом? Марат, наконец, рассмотрел во мне женщину? Или…
Увы. Все оказалось гораздо банальнее.
— Какая встреча! — позади меня раздался тягучий голос Романа, — Неужели сам Марат Ремизов?
— Он самый, — хмыкнул муж, протягивая руку моему начальнику.
Я наблюдала за тем, как они обменивались приветствиями и медленно шла ко дну.
Потому что до меня дошло!
Он целовал меня не потому, что соскучился или вдруг проникся искренней симпатией, как я дурочка непроходимая, уже успела подумать. Конечно же нет.
Марат просто отыгрывал перед своим давним приятелем роль хорошего, влюбленного мужа. Только и всего.
От обиды внутренности скрутило в тугой узел.
Хотелось оттолкнуть мужа, ударить кулаками в грудь, прокричать ему в лицо, что он мерзавец! Но вместо этого я продолжала стоять рядом с ним, полыхать от тепла, которое шло от сильного тела и смущенно улыбаться, уперевшись остекленевшим взглядом в асфальт.
Идиотка… какая же я идиотка!