Опасный вопрос. Натан быстро прикинул, стоит ли сообщать Стэйси о своем новом законопослушном статусе. Потом решил, что прояснять это сейчас вовсе не обязательно.
— Времена меняются, люди тоже, — уклончиво ответил он.
— Видать, не особо, если ты по-прежнему браконьерствуешь в чужих угодьях.
Снова это странное слово... Браконьерство. Будто у нее есть письменное дозволение наместника на разбойничанье в этих местах.
— Я бы хотел объяснить...
— Объяснишь. — Стэйси рывком поднялась — что и говорить, годы явно не добавили ей грации. — Все объяснишь.
Она пошла к одной из черных дыр в дальнем конце пещеры. Натан шагнул за ней. Больше никто не двинулся с места, только Рослин сказала вполголоса: «Папа... » — и его отчего-то передернуло, хотя прозвучало это так, как должно было прозвучать для пущей убедительности: испуганно, жалобно, умоляюще... Но до того не вязалась эта интонация с выражением ее лица, что только полный идиот не заподозрил бы неладное. А впрочем, с удивлением понял Натан, обернувшись якобы на зов и окинув оставшихся в пещере бандитов беглым взглядом, это ведь только я знаю, какая она. Для остальных леди Рослин — обычная напуганная девочка. Они же не рассматривают ее лицо и не заглядывают ей в глаза. Пусть так же все и остается еще час-другой. А там, миледи, мы уберемся отсюда. Все же гостеприимство Сколопендры — не самое приятное, что могло случиться в нашем путешествии.
С этой мыслью он шагнул в черный провал.
Провал оказался нишей, которую разделяла надвое деревянная дверь. А за дверью Натан обнаружил маленькое, в пару шагов, углубление. Там стояла походная кровать и горела масляная лампа — Стэйси как раз зажигала ее, сидя на корточках спиной к двери, когда Натан вошел. Он помнил, что она никогда ни к кому не боялась поворачиваться спиной. И не только потому, что свято верила в действенность законов чести, — хотя и поэтому тоже. Просто Натан сомневался, что кто-нибудь из тех, кто пытался напасть на Сколопендру со спины, увидел следующий рассвет.
— Ну а теперь говори, сколько вас тут и что это значит, демоны вас разорви! — развернувшись, вдруг в сердцах выпалила Стэйси.
Натан на миг застыл, ошеломленный не столько вопросом, сколько затаенным страхом, звучавшим в ее голосе. Стэйси — боится? Вот это да... Значит, есть чего.
— О чем ты говоришь?
Она села на кровать, подперла голову руками и угрюмо уставилась на него снизу вверх.
— Полно, Натан. Хватит. Я велела парням сохранить тебе жизнь только потому, что хочу знать, что вы задумали. Неужели в Калардине и впрямь все настолько плохо?
— Можешь не верить, но я правда не понимаю, о чем ты.
Он легко выдержал впившийся в него взгляд желтого глаза. Стэйси была безумна, и с ума ее свели представления о том, что правильно, а что нет, поэтому единственная возможность поладить с ней заключалась в том, чтобы говорить правду. Он уже один раз ей солгал, выдав Рослин за свою дочь, но сейчас чувствовал себя абсолютно спокойно.
— Я не верю в совпадения, — вполголоса проговорила она. — Я пришла в эту страну десять лет назад и ни разу не встречала здесь калардинских бражелей. А сейчас прете, как дурики под перо, и это свин знает что за хрень.
Она так разволновалась, что перешла на жаргон — и Натану это не казалось хорошим признаком.
— Хочешь сказать, ты видела здесь еще кого-то из наших? — сказал он, не поддержав ее инициативы и надеясь таким образом ее немного успокоить.
Он не прогадал — Стэйси сразу сникла, потом сердито тряхнула коротко стриженной головой.
— Это моя земля, Натан. У меня договоры с местными властями, начиная от сельских старост и заканчивая начальниками гарнизонов: я делаю что хочу, но больше никому этого не позволяю. Поэтому никто, кроме моих ребят, не смеет бесчинствовать на дорогах и грабить народ в трактирах.
— Я не знал, — коротко ответил Натан. — Мне были нужны деньги. Я не умею добывать их иначе. Ты хочешь, чтобы я вернул тебе то, что мне досталось? Тогда ты позволишь мне уйти?
Стэйси вонзила в него свой бешеный взгляд.
— Вот в этом вся ваша калардинская гниль! — выплюнула она. — Знатный бражель никогда не отберет у собрата кровью нажитый дувал. На это только вы, варьяты, и способны!
Она говорила быстро и горячо, путая жаргонные слова с обычными, — Натан прожил с ней бок о бок около года, но никогда не видел такой взволнованной. Из всего сказанного ею он понял только одно: на землях Стэйси недавно появился кто-то еще из калардинских бандитов, возможно, даже какой-то их общий знакомый, раз она заподозрила связь, и это приводило ее в панику. Договор с местными властями... похоже, он дорого ей дался, раз она так боялась малейшего соперничества.
— Стэйси, кого ты видела? — спросил Натан.
