— Не уверена, — пробормотала она — и снова охнула, когда мужчина решительно подхватил под мышки, чтобы вздёрнуть на ноги. — Пусти! Ну ты железный, как Василиса это терпит вообще?! — она выразительно потёрла рёбра. — Причём непонятно ещё, какая рука твёрже…
— Что произошло? — проигнорировал он ворчание.
— Упала. Я вот так встала, только с другой стороны ветки, вот так потянулась… Ай!
Повезло, второй раз Кощей успел подхватить её за талию и не дал пропахать носом землю. Стиснул опять больно, но на этот раз она жаловаться не стала, тем более имелся более веский повод для возмущения.
— Ты видел? Нет, ты видел?! Оно ветку отдёрнуло!
— Видел. Отойди.
Кощей повторил её действия — дерево вело себя прилично, но стоило Северине наступить на кору и перенести на ногу вес — толстая ветка выворачивалась живой змеёй. Отказывалось дерево держать и Кощея с девушкой в охапке.
— Вот же… пагуба! — проворчала Северина — и вскрикнула возмущённо, когда по спине хлестнули ветки. — Да что за!..
— Оно, кажется, обиделось, — заметил Кощей, разглядывая скандальное растение и не спеша идти на новый приступ.
— Это я обиделась! Что я ему сделала такого?! Тебя, значит, терпит, а я?..
— Нужно вспомнить, что это такое. — Кощей взял спутницу за запястье и потянул в сторону. — Ты мне поможешь.
— Каким образом? — растерянно пробормотала Северина, с недоумением наблюдая, как мужчина усаживается на камень.
— Нужно повернуть блок памяти, тебе будет удобнее, — сообщил Бессмертный, открывая дверцу у себя за ухом. — Крайний справа. Держи. — Он снял и сунул ей в руку серьгу, болтавшуюся в ухе. — Начни с пол-оборота винта.
— Ничего себе! — восхищённо пробормотала она, вблизи разглядев, что шипы на кольце серёжки — не шипы вовсе, а тонкие отвёртки разного вида.— Ты уверен, что я ничего не сломаю?
— Это склад памяти, ничего больше.
— А про твою смерть там ничего нет? Ну, более точного, чем старая сказка.
— Нет. Это общая память об устройстве и наполнении Колёс.
— Удобно, я бы тоже не отказалась...
Винт поддался на этот раз легко, почти без усилия, и кулачок рядом начал медленно поворачиваться.
— Ещё, — после короткой паузы скомандовал Кощей.
Чувство было жутковатое — отвёрткой в чужой голове ковыряться по живому! Это её в прошлый раз ничего не смущало, потому что она его совсем не знала и побаивалась, а сейчас… Но Северина решила, что ему виднее. Он-то бессмертный, что ему эта отвёртка!
— Это самка, — вдруг сообщил тот.
— Что? Я всё-таки что-то сломала?!
— Нет, — он выразительно протянул руку, — давай отвёртку. Ты всё сделала правильно. Дерево — самка, она ревнует.
— Тебя — ко мне? — недоверчиво переспросила девушка. — Почему?!
— Воспринимает меня как одного из местных мужчин. Эти растения — несамостоятельный вид, они размножаются за счёт человеческих мужчин.
— Как?! — вытаращилась на него Северина. — Боги, нет, я не хочу этого знать… Я надеюсь, ты не собираешься?.. Нет, не говори, этого я тоже знать не хочу!
— Я всё равно ничем не помогу ей, — он пожал плечами. — Почему ты на меня так смотришь? И почему ты покраснела?
— Сочувствую, — пробормотала она, конечно не отвечая на вопрос. — Жалко, Елисей пропал, он бы сгодился… наверное.
— Вряд ли, — спокойно возразил Кощей.
— Откуда ты знаешь? — опешила Северина.
— Он с Третьего колеса, у вас слишком низкая плотность времени. А я нахожусь вне потока, поэтому вообще не способен обменяться с ней энергией. Гнездо там построили местные, такой обмен во время сна лечит их и восстанавливает силы.
— Ах, обмен энергией, — пробормотала девушка, стараясь не смотреть на Кощея. Ей стало ещё более стыдно: мало того, что подумала всякое, так Бессмертный ещё и не понял причин смятения. — И что делать?
— Попробую достать сам или скинуть гнездо. У тебя есть платок?
— Не озаботилась, — призналась она, — а что?
— Я не могу брать яйцо руками, но могу переносить контейнер, в котором оно находится. Попробую подцепить так.
— Осторожнее там, а то кто ещё кого подцепит...
Он подобрал несколько сухих веток, нашёл плоский камень и вновь взобрался на дерево, которое против общества Кощея не возражало. «Переборчивая какая», — недовольно подумала Северина, но смолчала, хотя высказаться тоже хотелось. Не хватало ещё с этой дубиной подраться! Она вон какая огромная.
Провозился Кощей минут десять, что делал — Северина не видела за листвой. Ходила под ветками, как лиса, высматривающая жирную птичку, и мысленно костерила не только дерево, но и всё это ненормальное Пятое колесо.
Но Кощей всё-таки спустился, правда, рубашку свою держал связанной в узел. На ярком свету наполовину металлическое тело его смотрелось ещё более странно, опять захотелось ощупать стыки и шарниры, но Северина поспешила отвлечься и спросила:
— А это ты для чего?..
— Ей не понравилось, что я пытаюсь стащить что-то из гнезда, пришлось импровизировать.
— Задобрил? Успешно?
— Задобрил? — не понял Кощей. — О чём ты?
— Да так, не бери в голову, — смущённо хихикнула она. — Зачем ты рубашку снял?
— Завернуть утку. Скидывать не стал, поймала бы веткой — ищи потом, — пояснил он, расправляя ткань на земле.