В тот полдень У Мяо в сопровождении служанки спустилась по лестнице. Комната старушки находилась на третьем этаже особняка. Несмотря на возраст, ноги у женщины были здоровые, и она не нуждалась в трости при ходьбе. В будние дни У Мяо приходилось то и дело подниматься и спускаться по лестнице, но она все равно настаивала на том, чтобы оставаться в комнате на третьем этаже, объясняя это тем, что там тихо и спокойно. Однако, когда она шла по лестнице, для всеобщего спокойстия ей обычно помогала служанка.
Служанку звали Фань Сяоцин, но в особняке все называли ее просто Сяоцин. Сяоцин и другая служанка Лю Яньхун были родом из разных городов. Когда они приехали в Шанхай на заработки, их познакомили с семьей Лу через компанию по оказанию клининговых услуг. Так девушки и стали служанками в особняке Лу, поселившись на первом этаже. В их обязанности входила уборка, приготовление еды, прием гостей и повседневная забота о семье Лу.
На фоне двадцатишестилетней высокой и статной Лю Яньхун Сяоцин, которая была старше ее на два года, выглядела хрупкой и нежной девушкой: заплетенные в две косички крашенные в блонд волосы, незаметный легкий макияж на овальном лице, слегка завитые ресницы, аккуратный носик. Она походила на милую озорную девчонку по соседству. По сравнению с изящной Лю Яньхун с ее безупречными манерами Сяоцин была более живой и общительной.
– Тетушка У, присаживайтесь. – Сяоцин подвела У Мяо к главному месту за обеденным столом. Та слегка кивнула и села. В тот зимний день она выглядела немного изможденной. Шерстяная шапка и теплая куртка согревали старушку. У Мяо очень боялась старости и любила вспоминать былые времена – в конце концов, в молодости она была звездой Шанхайской оперы. Она всегда обижалась на людей, которые упоминали ее возраст. Именно поэтому Сяоцин называла ее «тетушка У», а не «бабушка У».
Чтобы выглядеть как можно моложе, У Мяо красила свои седые волосы в черный цвет, однако морщины на лбу и вокруг рта, а также пигментные пятна в уголках глаз предательски выдавали ее преклонный возраст. С виду она казалась слегка злобной старушкой, и в ее облике совсем не просматривалась доброта, присущая всем бабушкам. Даже наоборот, чувствовалась необычайная строгость.
Сяоцин уже собиралась развернуться и уйти, как вдруг ее остановила У Мяо.
– Сяоцин, перекрась свои желтые волосы в натуральный цвет! На кого ты похожа, – сказала У Мяо почти приказным тоном, а затем взглянула на бедра служанки и с отвращением добавила: – И носи чулки повыше! И лак для ногтей у тебя слишком яркий. Сколько раз тебе повторять, девушки должны вести себя достойно, скромно, ты меня поняла?
– П-п-поняла, тетушка У. – Сяоцин очень обиделась, но не осмелилась возразить. – Я тогда пойду.
Сяоцин направилась в сторону кухни, но позади нее снова раздалось ворчание У Мяо:
– И ходи правильно, спину выпрями, нечего враскорячку тут расхаживать.
Сяоцин ничего не оставалось, кроме как подчиниться хозяйке, и девушка через силу выпрямилась. Она давно привыкла к бесчисленным придиркам У Мяо.
На кухне Лю Яньхун уже вовсю готовила праздничный обед. Она подмигнула Сяоцин, как бы говоря не обращать внимания на ворчание У Мяо. В ответ Сяоцин развела руками и сказала:
– Все в порядке, мне не привыкать.
В это время из города вернулся дворецкий Цзи Чжунли. В руках он нес торт, который на заказ изготовил известный кондитер. Оставив торт на кухне, дворецкий ушел по другим делам. Цзи Чжунли – молчаливый мужчина, который каждый день ходил в одном и том же черном костюме на все случаи жизни. Выглядел он старше своих пятидесяти пяти лет: редкие волосы уже тронула седина, а на лбу появились морщины. Густыми бровями и ястребиным носом Цзи Чжунли напоминал старого дворецкого Бэтмена.
Как дворецкий и шофер семьи Лу, Цзи Чжунли ведал всеми повседневными делами, начиная от подсчета доходов и расходов и заканчивая мелочами, как в тот раз с Лу Чжэнанем и Чжун Кэ. Вот уже пятнадцать лет он усердно трудился в особняке. Говорят, когда Цзи Чжунли находился на грани нищеты, именно Лу Юйго протянул ему руку помощи, и с тех пор он был неизменно предан семье Лу.
После того как привезли торт, Лю Яньхун и Сяоцин продолжили вместе готовить праздничный обед. Пожалуй, самыми занятыми людьми во всем особняке Лу в этот день были именно две служанки.
Когда Чжун Кэ покинула свою комнату на третьем этаже, она случайно встретила Шэ У, которая как раз выходила из соседней двери. Кивнув друг другу, девушки поздоровались, а затем вместе спустились. Их не связывало ничего общего, поэтому спускались они в полной тишине, отчего обеим было неловко.
У Мяо, главе семьи Лу, исполнялось семьдесят пять лет. Чжун Кэ и Шэ У были приглашены на праздничный обед, поэтому обе немного принарядились: Чжун Кэ надела светлый свитер с длинной юбкой, а Шэ У – оверсайз-тренч и черные высокие сапоги. Девушки выглядели как настоящие королевы.
