Убийцу Лу Жэня так и не поймали, не говоря о том, что за первым убийством последовало второе – как волна за волной. По сравнению с делом так называемой «герметичной комнаты» ситуация на месте преступления на этот раз казалась еще невообразимее. Лян Лян глубоко вздохнул и приготовился к новому испытанию: теперь ему придется посвятить все свои силы делу семьи Лу. Если выяснится, что убийцей в обоих случаях был один и тот же человек, то дело можно будет квалифицировать как серийное. Вполне возможно, что появятся даже третья и четвертая жертвы, но Лян Лян не должен допустить этого.
Пасмурным утром детектив задумчиво расхаживал взад-вперед по комнате Лу Чжэнаня. По дороге в особняк он в общих чертах ознакомился с ситуацией. Лэн Сюань сравнивала место преступления перед ней с фотографиями. Тело Лу Чжэнаня еще ночью забрала первая группа криминалистов для дальнейшего вскрытия судебно-медицинским экспертом. Согласно предварительным результатам вскрытия, Лу Чжэнань умер от потери крови. Убийца перерезал горло жертвы острым лезвием, причем хирургически точно, нанеся всего один смертельный удар. Орудие убийства так и не было найдено.
– Это действительно типичная комната отаку, – оглядев спальню, заключила ошарашенная огромной коллекцией фигурок Лэн Сюань.
Лян Лян молчал, сохраняя невозмутимое выражение лица. Он подошел к кровати – красочное покрывало было забрызгано кровью, но кровь почти не бросалась в глаза на фоне ярких рисунков. На залитом кровью ковре мелом были нарисованы очертания тела.
– Странно, – взглянув на пол, задумчиво пробормотал Лян Лян.
– Что странно? – подошла к нему Лэн Сюань.
– Посмотри, – Лян Лян указал рукой в белой перчатке на очертания трупа. – Поза, в которой лежало тело, очень неестественная. Предположим, он спал, когда на него напал убийца, и парня стащили вниз в процессе борьбы. Но почему тело лежало под кроватью не целиком, а лишь по грудь?
– Может, Лу Чжэнань хотел сбежать и поэтому залез под кровать?
– Нет, если хочешь сбежать, то бежать надо к двери. Разве прятаться под кроватью не признак отчаяния?
– То есть вы хотите сказать… что именно убийца засунул тело под кровать?
– Думаю, да.
– Но зачем ему это делать?
– Пока не знаю. – Лян Лян почесал свой смуглый нос и нахмурился. – И еще, взгляни на пижаму. – Он поднял брошенную на кровать ночную рубашку убитого и сказал: – На ней оторвались пуговицы, на воротнике остались следы разрыва. Труп был обнажен до пояса, а значит, ночную рубашку тоже снял убийца.
– После того как преступник убил Лу Чжэнаня, он сначала снял с него пижаму, а затем засунул полуобнаженное тело под кровать… Это так странно, – шестеренки в голове Лэн Сюань быстро вращались. – Может, это какой-то фетиш убийцы? Например, ему нравилось обнаженное тело Лу Чжэнаня или что-то в этом роде… – Посмотрев на других полицейских в комнате, она поняла, что следует следить за языком перед таким количеством людей.
– Пока рано судить, но думаю, что у убийцы есть причина, по которой он это сделал, и эта причина никак не связана с каким-либо фетишем.
Лян Лян продолжил осматривать необычное место преступления. В комнате Лу Чжэнаня стояло четыре больших шкафа, один из которых находился на западной стене, рядом с дверью, а три других – на северной, выстроенные в ряд. Шкафы были встроены в стены, что делало помещение очень просторным. Каждый шкаф был высотой примерно с дверь комнаты, а внутри находилось от четырех до пяти полок, на которых хранились фигурки и всякая всячина Лу Чжэнаня.
Взгляд Лян Ляна привлекла темно-желтая деревянная дверца одного из шкафов, которая была открыта. Он коснулся гладкой панели, одинаковой по цвету снаружи и внутри, гадая, не остались ли на ней отпечатки пальцев убийцы. Больше всего его внимание привлекла третья полка, на которой лежала какая-то черная полоска, похожая на гадюку, затаившуюся в шкафу. Он приблизился к ней, чтобы рассмотреть получше, и тут же почувствовал слабый запах гари.
– Лейтенант Лян, экспертиза подтвердила, что это пуповина, – доложила стоявшая позади Лэн Сюань. – И она обуглилась от огня.
Еще одна пуповина…
Слегка прищурившись, Лян Лян не отводил своих глаз от пуповины в шкафу.
Ранее на месте смерти Лу Жэня на оконной раме кладовой тоже нашли пуповину. Единственное отличие заключалось в том, что на этот раз она обуглилась от огня. Может быть, пуповина была своего рода меткой, которую убийца оставлял на местах преступления? Подобно многим серийным убийцам, у которых был свой почерк. Знаменитый серийный убийца Ричард Рамирес[41], Ночной охотник, всегда оставлял на месте преступления перевернутую пентаграмму, а в криминальном романе Ю Несбё «Снеговик» убийца лепил снеговика.
