– Нет, это звучит
– Нет, если ему двадцать! Иначе это было бы
– Нелепо для кого? – спросила Лиза. – Да, Кай выплюнул овощи на стол, и, да, Пол изобразил такое же неодобрение на лице, какое я вижу, когда он прикидывает, сколько денег я потратила на прическу. Но это не их дело.
– Рути пришла в ужас от одной только мысли.
– Но при этом он ей нравится, – сказала Лиза. – А Рути не так легко понравиться.
Это чистая правда. Рути нужно было много времени, чтобы подружиться с людьми. Она держалась на расстоянии, чтобы тщательно присмотреться к ним, прежде чем впустить в свою жизнь. А если потом они разочаровывали ее, назад дороги для них уже не было. Но почему она вообще думает об этом? Сэм хотел отблагодарить ее. Сэму двадцать. Сэму не интересна разведенная женщина тридцати пяти лет, вершина удовольствия для которой – просмотр новых серий «Продаж с видом на закат».
– Я даже отсюда слышу, как у тебя шевелятся извилины, – сказала Лиза, протягивая ей кофе.
Анна покачала головой.
– Да нет. Просто… не знаю… у всех жизнь продолжается и… может, пришло время и мне уже продолжить. – Она и правда так думает? А может, все, что ей на самом деле нужно, – это полностью посвятить себя текущему проекту на работе и наслаждаться тем, что она сама хозяйка своей жизни?
– С этим соглашусь, – сказала Лиза, делая глоток кофе. – И я буду ждать фото твоего сильно молодого мужчины без футболки, осматривающего твои вентили завтра вечером.
– Нет, я не это имела в виду, – уточнила Анна, отодвигая стул и садясь на него. – Я думала… может, мне стоит дать еще один шанс приложению для знакомств. – Она сглотнула. Она это всерьез? После всего, что она сказала о нем?
– Ничего себе, – сказала Лиза с выражением удивления на лице.
– Что? – спросила Анна. – Ну да, я не пришла в восторг вчера, когда Нита стала рассылать обнимашки чужим профилям от моего имени, но, знаешь, если подумать, возможно, у такого способа есть свои плюсы. – Реальный плюс был один: у Ниты появится отдушина, которая ей, по всей видимости, сейчас так необходима.
– И мне кажется, теперь я знаю, насколько тебе понравился этот Сэм на самом деле. И неважно, когда он родился, – решительно закивала Лиза.
Анна засмеялась, чувствуя, как жар приливает к ее лицу, как будто кто-то поджег его газовой горелкой, как рождественский пудинг.
– Очень смешно.
Глава 19
Экран телефона Сэма был разбит. Вероятно, из-за столкновения с машиной или из-за внезапного падения на дорогу. Сэм смотрел на него вот уже час. Утро понедельника. Он принял душ, оделся и теперь сидел в ресторане отеля в ожидании сытного английского завтрака, который должен включать в себя нечто под названием «черный пудинг». Сэм даже не попытался включить телефон. Потому что он неисправен, ведь так? Наверняка. Стекло было так сильно разбито, что других вариантов не было. Он сделал большой глоток кофе и слегка обжегся.
Отель оказался хорошим. Он был не похож на те, в которых Сэм останавливался раньше. Для команды «Бизонов» всегда организовывали пятизвездочное обслуживание. В каждом отеле был тренажерный зал, спа, физиотерапевт, даже если они останавливались только на одну ночь. То были роскошные места для отдыха, а этот отель, это пространство выглядело типично британским по его представлениям. Только к британскому очарованию сейчас добавилась еще рождественская атмосфера. И здешние работники серьезно подошли к этому вопросу. Все оконные рамы, полки и стулья были украшены чем-нибудь белым и блестящим или по-санта-клаусовски красным или зеленым, под цвет листьев остролиста. Даже у Сэма на столе из корзинки со специями выпрыгивали снежинки на пружинах.
Он взял телефон. А что, если там и нет никаких пропущенных сообщений и звонков? Возможно, Френки даже не подозревает, что что-то пошло не так? Что, если он может забыть обо всем, пока он здесь? Возможно, именно сейчас он может жить так, как жил раньше, пока не обнаружил у себя эту…
Сэм втянул воздух и, больше не сомневаясь, нажал на кнопку. Он затаил дыхание, когда экран под разбитым стеклом ожил. Телефон работал. Как он вообще мог работать? Сэм немного напрягся, и ребра сразу дали о себе знать. Телефон загружался, и…