Первой моей командой было: “Крепить носовую переборку, палубные люки! ” Через них уже пробивалась вода. Часть матросов я отправил закрывать иллюминаторы. Я рассчитывал на выучку матросов аварийных и трюмных постов и не ошибся. Аварийщики были хорошо подготовлены, знали свои и смежные отсеки, знали, что и как делать. Мои команды выполнялись в считаные минуты, хотя матросы выполняли их в полнейшей темноте…. А вода все прибывала, незаметно появился крен на левый борт, дифферент увеличивался. Удалось через открытый люк верхней палубы сообщить контрадмиралу Лобову, что у нас кончились аварийные брусья, нет клиньев… Вскоре через люк полетели к нам указанные материалы… Начав крепить переборки в жилых и служебных помещениях, последующих за теми, под которыми произошел взрыв, мы дошли до последней поперечной переборки, за которой начинались так называемые теплые коридоры. Видимо, их так называли потому, что в этом районе размещались машинно-котельные отделения. До этого, еще в начале своей деятельности по борьбе с водой, я разделил аварийщиков на две группы. Одной группе, которую возглавил старшина 1-й статьи (фамилию его не помню), я дал команду — создать линию обороны на последующих переборках… С оставшейся группой матросов, человек в 8—10, мы продолжали бороться с поступавшей водой. Крен и дифферент все увеличивались. Увеличивался напор воды, фильтрующей и просачивавшейся через палубные люки, и это было заметно по обилию крупных воздушных пузырей, выходящих вместе с водой. Проникнуть в некоторые помещения мы не могли, так как они были заперты на мощные висячие замки и цепи. И это после того, как на корабле была объявлена “Боевая тревога", а затем — “Аварийная тревога ”… По этим сигналам все помещения должны были быть открыты… Когда мы дошли до района, где были офицерские каюты, там оказались незакрытые иллюминаторы. В это время через иллюминаторы вода поступала внутрь корабля. Часть кают была заперта… Когда же мы кувалдами пытались выбить двери, то сделать это не могли, они пружинили о воду, которая уже заполнила каюты, и сочилась в коридоры. При этом странно было видеть матросов, видимо, приборщиков офицерских кают, перетаскивавших личные вещи и кителя куда-то в корму. Мне пришлось их останавливать, для того чтобы направить в помощь тем, кто боролся с поступлением воды, но они до них не доходили, исчезая в темноте…
