– Какое уж доброе, – проворчала женщина и бросила тряпку в ведро. – Сама видишь, чем заниматься приходится.
– Зачем же вы так тщательно убираетесь? – заискивающе улыбнулась Надя. – Следующее мероприятие еще не скоро.
– Велели, потому и убираюсь! – огрызнулась та, вытаскивая тяжелое ведро из зала. Надя отпрыгнула с ее пути, чтобы грязная вода не попала на обувь. – Из исполкома звонили. Сказали, придут сегодня, и чтобы все чисто было, – она остановилась и посмотрела на входные двери. – Надо тряпки постелить, чтобы не пачкали… И ты тоже, смотри не следи мне тут!
– Конечно, – потупилась Надя и свернула к архиву.
Под шум сливаемой в унитаз воды она открыла неприметную дверь и поспешила спрятаться в кабинете архивариуса. Сейчас эта маленькая комната казалась ей единственным островком безопасности во всей библиотеке.
В тишине пустого кабинета она услышала свое сердцебиение и только теперь осознала, как сильно испугалась. Ничего не подозревающая уборщица была в шаге от бесценных записей… А если бы она случайно их нашла? Наверняка первым делом сообщила бы Борису, раз он руководит библиотекой. Почему люди из исполкома решили снова заявиться в библиотеку, да еще и заранее велели убраться? Почему не сказали ей, единственному библиотекарю? Неужели они что-то поняли и тоже будут искать дневники?
От нескончаемого потока тревожных мыслей голова шла кругом. Надя поняла, что ее оптимизм был не только преждевременным, но и непростительно легкомысленным. Да, дневники пролежали нетронутыми больше десяти лет, но и архивариуса в Шахтаре не было те же десять лет. Без архивариуса Эльдар сидел тихо, и Комитету некуда было спешить. Сейчас же поиски записей превратились в гонку со временем, и именно она тормозила друга своей беспечностью.
С Эльдаром нужно поговорить как можно скорее.
Надя напустила на себя самое равнодушное выражение лица, какое смогла изобразить, и вышла из архива в сырой воздух библиотеки. Начался обратный отсчет.
До обеденного перерыва Надя так и не встретила никого из горисполкома, хотя слышала доносящийся с первого этажа шум. Одна мысль о том, что Александр и прочие люди из Комитета сейчас хозяйничают в актовом зале, заставляла подскакивать со стула и наворачивать круги по библиотечным залам в тщетных попытках успокоиться. Только представить, что вот сейчас они там что-то отыщут, а она сидит здесь, связанная по рукам и ногам… Ну почему она не поговорила с Элей раньше?
С трудом досидев до обеденного перерыва, она нарочито спокойно вышла из библиотеки, задержавшись на первом этаже. За дверями актового зала незнакомые голоса решали, какие мероприятия устроить для детей на Масленицу. Тревожно, что это все обсуждается не в исполкоме, а в библиотеке, но хотя бы знакомых из Комитета по безопасности не слышно. С облегчением выдохнув, Надя поспешила на улицу.
Дорогу в морг она теперь могла найти с закрытыми глазами, и спрятанное в лесочке здание уже не внушало прежнего страха, тем более что внутри ее ждали хорошие знакомые. Дверь, как всегда, открыл вечно недовольный Никита, но при виде Нади он с облегчением улыбнулся.
– Я уж хотел сказать, что мы закрыты на обед, – прошамкал он, пытаясь прожевать бутерброд. – Заходи.
– Я ненадолго, – вежливо отказалась она. – Позови Эльдара, пожалуйста.
– У нас бутеры есть. С колбасой. – Он показал надкусанный бутерброд, но, не получив ответа, все-таки повернулся внутрь здания: – Кощей! К тебе Надя пришла!
Эльдар вышел на крыльцо через пару минут. Смерив гостью внимательным взглядом, он удивленно хмыкнул:
– Вроде недавно виделись. Что случилось?
Девушка скосила глаза на его коллегу, который тоже стоял на улице, переминаясь с ноги на ногу и усердно жуя сухой батон.
– Никит! – окликнул его Эльдар. – Сгинь!
Тот намек понял и быстро ретировался. Эля плотнее закутался в белый халат и достал из кармана сигареты.
– Выкладывай, – бросил он Наде. – Что такого случилось, что ты вместо обеда ко мне прибежала?
Девушка молчала, перекатывая на языке нужные слова и не находя оправданий тому, что подняла столь важную тему только сейчас, когда все снова повисло на волоске.
– Я нашла дневники, – выдавила она. – Но я боюсь, что Комитет тоже может их найти, и очень скоро.
Он никак не показал удивления, радости, хоть какой-то эмоции в ответ на эту новость. Только глубоко затянулся и медленно выдохнул дым ей в волосы.
– Уверена? Это те самые?
Надя кивнула.
– Аркадий не просто так говорил о ключе, который не открывает никакую дверь, – выложила она все, что выяснила за прошедшие недели. – Он оставил подсказку на ключе от города, который хранится в читальном зале. Все загадки, которые он создал, крутились вокруг библиотеки, его записи и письмо, где он объясняет, почему их спрятал, тоже были там. То есть не в самой библиотеке, а на первом этаже, где кукольный театр. Я стерла первую подсказку, без нее тайник не найти, но после сегодняшнего я боюсь, что его могут открыть случайно. Поэтому я и пришла к тебе, я не знаю, что делать!
– Тайник, значит, был в библиотеке, – повторил Эльдар, обдумывая ее сбивчивый рассказ. – А где дневники сейчас?
