– Они в это не поверят, – нащупала она единственный пришедший в голову аргумент. – Мы месяцами действовали заодно, а тут вдруг ты решил оставить меня за бортом? Слишком хорошо, чтобы быть правдой. А до меня им и добраться проще, и давить на меня удобнее. Все равно они мне жить не дадут, потому что обиделись на письмо в университет. Пусть уж за дело будет.
Эльдар приподнял брови, губы дернулись в сдерживаемой улыбке. Надю пронзило странное чувство, словно она ходит по кругу из событий и воспоминаний. Как будто давным-давно Эля уже пытался оттолкнуть ее, испугать своим прошлым и судьбой ее предшественника, ждал, что она сбежит из его комнаты и сделает вид, что они никогда не были знакомы. И точно так же улыбался, услышав ее решительный отказ.
– Ты и в тот раз меня не напугал, – горделиво усмехнулась она, – а сейчас тем более не напугаешь. К тому же я – архивариус, и коли уж я доверила тебе столь важные документы, то должна знать, что ты собрался с ними делать и в каких условиях держать!
Эльдар громко засмеялся, и редкие деревья зашелестели, разнося смех по пустому кладбищу. Странно было слышать в этом месте такой теплый, живой смех. На губах Нади невольно вылезла улыбка, но смеяться на кладбище было неприлично, и она дернула друга за рукав.
– Как скажете, товарищ архивариус. – Эля прикрыл рот, все еще посмеиваясь. – Тайник для копий придумаем вместе, а потом, быть может, я скажу тебе, где оригиналы. Не волнуйся, они будут целы. Не архив, конечно, но сухость и темноту обеспечим.
– К слову, можно положить одну из копий в архив. В кабинет, – предложила Надя. – Или куда-нибудь в библиотеке…
– Придумать успеем. Все равно на копии уйдет не одна неделя. Но даже если ты будешь знать, где дневники, я не хочу, чтобы ты что-то делала. Это не твои проблемы, и ты не должна пострадать из-за моих распрей с Комитетом. Понятно?
Девушка промолчала, не отрывая глаз от затухающего костра. Она кожей чувствовала взгляд Эльдара, но не спешила соглашаться. С одной стороны, он был прав: его война с Комитетом не имела к ней никакого отношения, а шансы нового архивариуса закончить как предшественник с каждым днем только росли. Если она сделает вид, что ничего не знает, появится возможность соскочить и спасти себя и близких хотя бы от прямой расправы. С другой стороны, она уже слишком много знала и понимала, что Комитет не забудет об этом и никогда не оставит ее в покое. Если только…
– Ну почему я ничем больше не могу тебе помочь?! – в сердцах воскликнула она. – Я нашла дневники, и все! Что еще я могу сделать… Только хуже станет, если они решат через меня добраться до тебя.
С тяжелым вздохом девушка отвернулась к темным силуэтам оградок и могильных памятников. Мысль, которая грела душу прошлым летом, сейчас казалась невыносимой, словно ее выселяли из родного дома.
– Лучше всего мне будет уехать из города, – вздохнула она. – Прошлый архивариус либо не хотел уезжать, либо собирался, но не успел, и мы оба знаем, чем это закончилось. Дневники в безопасности, архив я в порядок привела, еще лет десять протянет. Жаль, конечно, оставлять все это, но…
– Вот только жертвенного агнца из себя строить не надо. – Эльдар похлопал ее по спине и, придерживая девушку за плечо, повел ее к домику сторожа. – Я тоже думал, что тебе стоит уехать, но пока это может подождать. Ты не я, убежать всегда успеешь. Подожди хотя бы, пока Серый не влюбится до такой степени, чтобы уехать вместе с тобой.
Надя хмыкнула. То, что их с Женей отношения до такой степени на виду, очень смущало, но забота Эльдара приятно согревала изнутри. Как будто у нее, единственной и не очень-то избалованной дочери, появился старший брат, всегда готовый подставить плечо и загородить ее от опасности широкой спиной.
– Спасибо, – кивнула она. – Хотя, если меня уволят, уехать так или иначе придется.
– Когда тебя все-таки уже уволят, Серый будет готов идти за тобой хоть на край света, – цинично заметил Эля и остановился у самых ворот кладбища. – Давай их сюда!
Взяв сумку с тяжелыми тетрадями, он скрылся в домике сторожа. Надя переминалась с ноги на ногу, поглядывая то на темные окошки, то на еле заметные отсветы догорающего костра за могильными оградками, то на светящиеся в другой стороне фары автобуса. «Только бы не уехал», – подумала она, снова глядя на часы. В кромешной тьме разобрать время было совершенно невозможно. И где, интересно, Эля так долго копается в таком маленьком домишке?
Когда он наконец появился, аккуратно закрыв за собой дверь, Наде показалось, что прошло не меньше получаса. К счастью, фары автобуса еще горели вдалеке. Отблесков костра уже почти не было видно, в домике зажглись окна, и тусклый свет тут же загородил чей-то силуэт. Эльдар всучил Наде сумку и быстро повел ее за забор, прочь от кладбища. Семеня за ним по узкой тропе, она открыла сумку: одна из тетрадей с вложенным белым конвертом еще болталась внутри.
– Ты забыл одну, – остановилась она, но парень только махнул рукой.
– Это тебе, копии делать. Еще одна у меня, остальные спрятаны. Потом поменяемся. Так быстрее будет.
