— Оно и видно. Всю дверь раскурочили. — Наташа осмотрела вывороченный замок. — Не считайте это осуждением, офицер, — быстро добавила она, заметив, как нахмурился гвардеец. — Вы все правильно сделали. Что было дальше?
— Альхерта Ривара мы заметили сразу, он висел на крючке от люстры. Сама люстра со свечами валялась в углу комнаты. Помня приказ в случае разных непредвиденных ситуаций ничего не трогать, я увел солдат, выставил охрану к квартире и сообщил обо всем старшему командиру.
— Кстати, врача позвали?
— Да, внизу ждет.
Девочка кивнула и замерла у двери, все еще не решаясь войти. Подыскивала еще вопрос, который можно было задать и тем самым оттянуть момент входа в квартиру. Потом вздохнула и решительно распахнула дверь. Вошла и замерла, разглядывая висящее тело. На лицо трупа она не смотрела. Потом начала изучать обстановку. Опрокинутый стул рядом с трупом, на столе раскрытая тетрадь и листок, придавленный кружкой. Кровать у окна аккуратно заправлена, судя по всему, на нее ночью не ложились. Меблировка не очень богата, похоже, не самые шикарные комнаты. Интересно, что чувствовал один из богатейших купцов Моригата, скрываясь в этой конуре?
Наташа подошла к висящему трупу и подняла стул, поставила рядом… ноги Альхерта оказались чуть ниже. Присела и глянула на подошвы сапог, оглядела одежду… та же самая, в которой он встретил ее вчера. На лицо она по-прежнему старалась не смотреть.
— Тут записка, — сообщил Вестарий, рассматривая стол.
— Я же просила не заходить, пока не закончу осмотр!
Вестарий удивленно посмотрел на нее:
— Не помню, чтобы вы что-то такое говорили.
Наташа нахмурилась, вспоминая. Действительно, не говорила. Вздохнула.
— Ладно, только ничего не трогать.
Она подошла к столу и осмотрела его уже более внимательно. Кружка с остатками вина, тут же кувшин… вина в нем на донышке.
— Похоже, для храбрости принял, — сделал вывод Вестарий.
Девочка раздраженно глянула на него, но смолчала, вытащила записку из-под кружки.
— Странно, снизу оборвана. Чуть больше половины листа осталось. — Она приложила листок к раскрытой тетради, изучила оторванный край. — Листок вырвали отсюда, линия отрыва совпадает, но зачем его еще снизу оторвали?
— Ну… чистое место оторвали, — предположил Вестарий.
— Зачем? И где оторванный кусок?
Имперец огляделся. Не нашел и пожал плечами:
— Может, в окно улетел.
— А что там в записке? — не выдержал Орленд.
Наташа глянула на листок, ей через плечо заглянул Мэкалль, а с другой стороны пристроился Вестарий.
— «Я не могу больше прятаться и понимаю, что спастись мне не удастся, — начала читать девочка. — Потому я решился на этот шаг… Забавно, никогда не думал, что так закончу. А ведь начиналось все так безобидно… предложение посла империи было таким заманчивым».
— Посла империи? — Девочка удивленно обернулась к Вестарию: — О чем это он?
— Наверное, дальше будет яснее. — Вестарий стиснул зубы. Кажется, он догадывался, о чем речь.
— «Сейчас я не считаю себя обязанным продолжать хранить тайну человека, из-за которого я и оказался в такой ситуации. Господин Роан Лур, будь он навеки проклят…» Господин Вестарий, кто такой Роан Лур?
— Бывший посол, до Жордеса Валерия.
— Понятно. Я продолжаю. «Империя всегда была крупнейшим заказчиком наших верфей. Лур предложил мне долю с доходов и размещение заказов на моих верфях, если я часть сумм буду передавать ему. Предложение было выгодным. Я завышал цены на корабли, которые покупала империя, а после расчета пятьдесят процентов суммы сверх обычных расценок передавал ему. Потом он попросил передавать мне данные о конкурентах. Я понял, что происходит, когда закупленные новые корабли с чужих верфей, на которых был только временный экипаж, были атакованы и захвачены пиратами».
— Вот скотина, — прошипел Мат Свер Мэкалль.
— О чем это? — обернулась к нему девочка.
Тот нахмурился, потом махнул рукой:
— Был такой инцидент. На наших верфях много кораблей строится. Потом за ними приезжают экипажи. Они, как правило, не очень большие, только чтобы управлять кораблем. Дооснащаются и доукомплектовываются корабли уже в стране заказчика. Тогда были большие закупки, и корабли отправились караваном — двенадцать фрегатов, великолепных фрегатов, и они все попали к пиратам. Было расследование, конечно, но кто ж знал, что тут окажется замешан посол империи?
— «Когда я догадался, было уже поздно. Да я и сам понимал, что мне не выжить, если начну болтать. Я и не болтал. Деньги лились рекой. Заказы от империи постоянно обеспечивали мои верфи работой».
— Господин Орленд, неужели вы ничего не замечали? — удивилась Наташа.
— Я не определяю, где и что закупать, госпожа Призванная. Мое дело обеспечивать деньгами заключенные договора. Я всего лишь прислуга при деньгах, которая выдает их, когда нужно. Но как и где их тратить, определяю не я.
— Но неужели вас ничего не насторожило?
— Почему? Насторожило. Я заметил увеличение расходов и сообщил о них Роану Луру, но тот заявил, что все согласовано лично с императором и что это государственная необходимость. У меня не было причин сомневаться в словах посла его величества.
