– Что такое? – спросил Лев, уловив странный блеск в глазах отца.
– Ничего, мой мальчик. Я просто думаю, глядя на тебя, что с твоей внешностью, обаянием и манерами ты можешь стать великим актером. Настоящим художником, которым мне быть уже не суждено. Я научил тебя всему, что знаю, почему бы тебе не поступить в театральную труппу?
Поколебавшись, Лев заметил:
– А месье Роз говорит, что из меня выйдет прекрасный директор “Паласа” и я смогу сделать карьеру на этом поприще.
Сол нахмурился:
– Пфф, директор гостиницы! Какая глупость!
– Я хотел бы оказаться по ту сторону баррикад. На стороне хозяев, а не слуг.
– Пфф, директор! – продолжал бушевать Сол. – Мы с тобой артисты! Великая династия!
– Да уж не самая великая, папа! – рискнул возразить Лев.
– Не самая великая? – задохнулся Сол.
– Ты вообще больше не играешь, папа! Ты научил меня всему, что знал, большое спасибо. Но ты забросил свои спектакли! Ты сам перестал быть артистом!
– Бывших артистов не бывает! У нас это в крови. Да, и у тебя в крови, хочешь ты того или нет! А теперь ступай! Надеюсь, по возвращении ты передумаешь. Сначала твоя мать ушла, теперь ты от меня отворачиваешься. За какие грехи жизнь так меня наказывает? Пфф, директор! Какая нелепая затея! Главное, не строй иллюзий.
Лев рулил всю ночь и приехал в Брюссель к шести утра. Он быстро нашел адрес, указанный Анастасией. Она ждала его у дома с небольшой холщовой сумкой. Больше она ничего не взяла. Он вышел из машины, и она бросилась к нему в объятия. Вцепилась в него. Она сильно похудела.
– Что происходит?
– Пошли скорей! – взмолилась она.
– Я хочу знать, что происходит.
– Он бьет меня, Лев! Все время бьет. Клаус избивает меня по любому поводу. Я так больше не могу!
Лев посмотрел на прекрасную хрупкую женщину с печальными глазами. Нет, Клаусу это с рук не сойдет.
– Жди меня здесь! – велел он Анастасии. – Я быстро!
– Нет, Лев, не надо!
Не слушая ее, он вбежал в здание. Она догнала его на лестнице.
– Пожалуйста, не делай этого! – крикнула она. – Клаус тебя изничтожит!
Лев решительно поднимался наверх, читая фамилии жильцов, пока не нашел то, что искал: Клаус ван дер Брук. Он яростно барабанил в дверь до тех пор, пока полусонный Клаус в трусах не открыл ему, еле продрав глаза. Он даже не узнал посетителя, который с ходу двинул ему кулаком в челюсть. Клаус пролетел через прихожую и шмякнулся на пол лицом вниз. Лев подошел к нему и погрозил пальцем:
– Ты что, возбуждаешься, когда бьешь женщин? Я дам тебе один совет: если хочешь жить, держись подальше от Анастасии. Не связывайся с ней больше, сотри ее из своей памяти. В следующий раз я тебя просто убью.
В то утро, на рассвете, они наконец воссоединились. Лев повел ее завтракать в маленькое кафе в центре Брюсселя. Он смотрел, как она поедает толстые ломти хлеба с маслом и медленно возвращается к жизни.
Анастасия рассказала ему о долгих месяцах ада с Клаусом, о его припадках ревности, об издевательствах и побоях. Клаус, всегда такой милый на людях, заботливый и улыбчивый в компании, превращался в мерзкого изувера, когда они оставались одни. Он запретил ей работать, диктовал, как себя вести, и в итоге установил над ней полный контроль. “Я там сидела как пленница у распахнутой двери, – всхлипнула Анастасия. – Очень хотела сбежать, но не понимала как”.
Поначалу она пыталась поговорить с сестрой, но Ирина была слишком поглощена своей новой жизнью, замужеством, виллой. Летом они проведут две недели в роскошном отеле на Сардинии. Главное, поскорее родить. Нет времени на болтовню.
Она хотела открыться матери, когда ту пригласили провести выходные в фамильном поместье Клауса в валлонской деревне.
– Я вернусь с тобой в Женеву, мама, – сказала ей Анастасия на прогулке.
Ольга возмутилась:
– Ну ты же не бросишь Клауса!
– Мне с ним плохо! Я задыхаюсь в Брюсселе! Не о такой жизни я мечтала!
– Не о такой жизни ты мечтала? Чего тебе не хватает?
– Любви.
– Да ладно, девочка моя, Клаус очень тебя любит! За семейное счастье надо бороться. А вот так все бросить, ты что? Хочешь опозорить меня перед родителями Клауса! Алле-гоп!
В маленькой пустой кофейне Брюсселя, выслушав откровения Анастасии, Лев подвел итоги:
– В общем, ты позвонила мне, потому что больше никто не захотел тебе помочь.
– Я позвонила тебе, потому что ты единственный, с кем я хочу жить, Лев. Мы созданы друг для друга.
Когда она произнесла эти слова, у него на мгновение загорелись глаза. Но он тут же помрачнел:
– Если бы ты действительно так думала, то не уехала бы с Клаусом, – сказал он холодно.
– Я совершила ошибку, – признала Анастасия. – Мне необходимо было уехать из дому. Мне хотелось свободы.
– Тебе в основном хотелось денег.
– Не говори так. В сущности, ты меня совсем не знаешь. Я хочу быть с тобой, и все.
– Мне нечего тебе предложить, Анастасия. Я всего лишь служащий отеля.
– Забери меня в Вербье! Мы будем счастливы.
– Не могу. Я обещал директору, что не поселю тебя в своем номере. Персоналу это запрещено.
– Пусть он наймет меня горничной!
– Счастья тебе это не прибавит.
