Он насыпал овсянку в кастрюлю и налил молока. С грохотом поставил кастрюлю на плиту, бросил в неё ложку, промахнулся, и она упала на пол. Собаки тут же бросились к ней и принялись вырывать ложку друг у друга, а Олли тихо выругался. Я с ужасом уставилась на него. Никто, даже Тигги Спенс, никогда не вёл себя так грубо. Я открыла было рот, чтобы что-нибудь сказать, но тут отворилась дверь, и вошла тётя Ви.
– Майя! – сказала она, бросая на спинку дивана нечто похожее на седло. – Здорово, что вы вместе. Олли здесь скучно, и будет лучше, если он пообщается с кем-нибудь своего возраста. Надеюсь, вы отлично поладите.
Отлично поладим – сильно сказано.
– Я могу покататься верхом? – сама того не ожидая, спросила я.
– Не думаю, что это хорошая идея, Майя. – Тётя Ви отвлеклась от древней поваренной книги и подняла брови. – Но я спрошу нашего полицейского, сержанта Льюиса.
Она вышла во двор, а Олли упал на пол и принялся кататься, то и дело разражаясь взрывами притворного смеха.
– Что смешного? – спросила я.
– Ты на лошади! – Он лёг на спину. – Можно подумать, ты умеешь ездить верхом!
– Откуда тебе знать?
Тётя Ви вернулась на кухню.
– Сержант не уверен, что это хорошая идея. Почему бы тебе вместо этого не принять ванну? Тебе сразу станет лучше. Вверх по лестнице и налево.
Ванна?
Я вышла из кухни и устало поднялась по лестнице, мрачно думая об Олли и о том, станет ли мне лучше после ванны. Я вошла в ванную комнату. Там было сыро и очень холодно, и в углах виднелась чёрная плесень.
Я заглянула в ванну.
– Ой! – вскрикнула я.
Посередине, на пожелтевшей эмали сидел огромный чёрный паук. Я могу справиться со многими вещами, но только не с пауками.
– Что такое? – спросила тётя Ви, взбегая наверх.
– Паук, – сказала я.
Тётя Ви засмеялась.
– Олли! – позвала она. – Помоги своей сестре убрать паука.
– Почему я?
– Потому что у меня руки в муке, а она, наверное, не любит пауков, – ответила тётя Ви.
– Не любит пауков, – повторил Олли детским голосом, поднимаясь по лестнице. – Тётя Ви, я боюсь крошечного паучка и хочу, чтобы вы убрали его и сделали ванную розовой и кружевной, потому что я принцесса и приехала из волшебной страны.
– Олли! – рявкнула тётя Ви.
Я ушла в спальню и прислушалась к грохоту. Видимо, Олли выгонял паука из ванной.
– Готово! – крикнул он. – Ваша светлость! – добавил Олли, чтобы я услышала.
– Спасибо, – ответила я, выходя на лестницу.
– Пожалуйста, – произнёс он и набросил мне на голову что-то чёрное. Это оказался всего лишь носок, но я всё равно подпрыгнула.
Я приняла ванну: уже через несколько секунд вода стала холодной, а когда я вылезла, вся в мурашках, во дворе раздался стук копыт. Значит, они всё-таки поехали кататься верхом.
Я переставила мебель в спальне. Мне было всё равно, что это не мой дом. Если мне придётся торчать здесь с таким идиотом, как Олли, у меня должно быть убежище. Я передвинула кровать, поставила её под окном, а уродливый комод спрятала за дверью, чтобы видеть его как можно реже.
Потом я сняла покрывало, свернула его в ногах кровати и высыпала ароматическую смесь в окно. Выбросила на лестницу чьи-то грязные носки, вытащила свою косметику и кремы и расставила их на подоконнике. Под конец я достала розово-фиолетовый шарф, который купила на рынке Кэмден, и обвязала его вокруг изголовья кровати, чтобы лампа на тумбочке отбрасывала на холодные белые стены тёплую тень.
– Вот так, – сказала я, обращаясь к комнате, и села на кровать, чтобы смотреть в окно и держать ноги в тепле под покрывалом. Я откинулась на подушки и принялась изучать вид из окна. Думаю, кому-то он мог бы показаться сказочным. Кто-нибудь, может, даже заплатил бы, чтобы пожить здесь.
Но только не я.
Мне пришла в голову ещё одна мысль, и я переложила все вещи из верхнего ящика в три других. Я могла бы разобрать свой рюкзак, но у меня появился план получше, и я сунула в верхний ящик всё самое уродливое, что было в комнате (таких вещей тут оказалось немало), а вместо них поставила кое-что получше. На занавесках был ужасный цветочный узор, поэтому я перевернула их кремовой подкладкой наружу.
На дверь я повесила свой школьный рюкзак. На нём был красивый корейский узор из птиц, похожий на картину.
Так-то лучше.
Я проверила телефон и заметила, что появился слабый сигнал Wi-Fi, но, обыскав весь дом, я не смогла нигде найти роутера, поэтому в конце концов сдалась и стала искать рождественские фонарики.
Внизу зазвонил телефон. Я посмотрела на вибрирующий аппарат.
– Я могу ответить? – спросила я сержанта Льюиса.
Он покачал головой.
– Лучше не надо. Пусть звонит.
– Значит, вы не уверены, что здесь безопасно?
– Я бы так не сказал. Ты в полной безопасности, – ответил сержант. – Мой коллега следит за дорогами, и никто не подберётся к дому ближе чем на десять миль. Я здесь всего лишь для виду.
После этого он снова прислонился к входной двери, а я слушала дребезжание телефона, пока тот наконец не замолчал.
– У вас есть нормальный доступ в интернет? – спросила я, когда вернулись тётя Ви и Олли.
