Старуха поднесла палец к подбородку и замолчала. Сэмюэль воспользовался передышкой, метнул взгляд на Гисли.
Девушка не показывала чувств, медленно качалась на кресле и выглядела скучающей. Она смотрела прямо в стену. Трещины и неровности каменного полотна волновали Гисли больше разговора.
— Во-вторых, — продолжила старуха. — Ты явная цель. Джеймс стремится завладеть тобой и твоей подругой. Почтенная — не просто титул. Это целая история, шрам на лице Сцены.
— Извините, — поднял руку Сэмюэль. Фрея знала о его неопытности. Молча выслушивать ее и играть «мудрого» практика не было смысла. Старуха щедро делилась знаниями, и он попытал удачу. — Что значит «Почтенная»?
Старуха поморщилась. Морщины на бледном лице сжались и углубились. Они стали похожи на рытвины.
— Что ты знаешь про катастрофу Забвения?
— Почти ничего, — честно ответил он. — Событие, которое уничтожило Прародителей-Всего.
— До этого «события» была эпоха Пробуждения. Летописи описывают ее, как пик цивилизации Прародителей-Всего. Своя культура, свои традиции, свой язык. Никогда не задумывался, как люди прочитали древние письмена на неизвестном языке?
Сэмюэль покачал головой.
— Безмозглый кретин! — плюнула Фрея. — Почтенные научили людей языку Прародителей-Всего. Они жили в эпоху Пробуждения и воочию видели наших создателей. Почти все Почтенные разорвали собственные души. Остались единицы. Твоя подруга — одна из них. Одна из древних фей.
Он нервно сглотнул. Услышанное делало Амелию опаснее в глазах Сэмюэля. Фея, которая хранила тайны Прародителей-Всего и наблюдала за их гибелью. По телу пробежали мурашки.
— Поистине говорят. Нет греха ужаснее, чем невежество. Нас спасает нелюдимость фей. Они одиночки по натуре и редко общаются с представителями своего вида.
— Почему? — спросил Сэмюэль и уточнил: — Почему спасает?
— Почтенная не узнает точные соотношения для своей душонки. Спросить у Джеймса тоже не может. Тогда изврат поймет, что она не связана, и объявит охоту. Его разум расшатан, но мозги на месте. Любой дурак понимает опасность несвязанной феи.
На последнем предложении Фрея посмотрела на него.
Слишком явное подстрекание. Фрея играла на нервах, как на арфе, выводила из себя и внимательно следила за поведением. Сэмюэль понял намек и промолчал.
Старуха раздраженно цокнула и продолжила:
— От тебя требуется сидеть дома и никуда не выходить. Внутри ты в безопасности. Снаружи тебя ожидает Джеймс.
— Почему вы просто не убьете его? — вернул он издевку. — Для такого опытного практика это раз плюнуть.
— Глупо, — скучающе вздохнула Гисли. — Слишком явно и глупо.
— Верное замечание, — сухо похвалила Фрея. — Войну выигрывают не оружием, а разведкой. Убить главного — задача сложная, но решаемая. Что произойдет дальше? Если Джеймс уже перешел черту и призвал вестника, всей столице конец. Если не призвал, а, например, приобрел властных союзников, конец уже нам. Нет ничего важнее знания о боезапасе и заготовках врага. Действуют без раздумий только безумцы или кретины.
Она широко улыбнулась и посмотрела на него.
Сэмюэль прикусил губу, сжал кулак со всей силы. Раздражающая старуха. Парень понял, почему Амелия не любила ее.
Он перевел разговор в другое русло:
— Мне нужны деньги. Лекарство скоро закончится.
Из связки Максвелла у Сэмюэля осталось пять листов кровянника.
— Что за лекарство? Я куплю завтра, — спокойно произнесла Фрея.
Парень ожидал другого. Он нуждался в деньгах на комнату в гостинице. Сэмюэль задумал попросить у старухи много денег под предлогом покупки лекарства. Поход в зеленую лавку был одной из безопасных возможностей побега.
— Я сам, — возразил он. — Уж лекарства-то купить я могу.
— Ты чем слушал, кретин? — покосилась на него старуха. — Выходить из дома нельзя. Джеймс только и ждет заветного мига. Неужели хочешь умереть?
— Повесьте на меня какое-нибудь заклина...
— Нет, значит, нет! — прервала жалкие потуги Фрея. — Даже не пытайся покинуть дом, кретин! Тебе не надоело совершать одни и те же ошибки?
Он промолчал. Сдержался и не дал вылететь изо рта граду оскорблений.
Совершает одни и те же ошибки? Он их исправляет! Исправляет глупые поступки вроде прихода в дом безумной подозрительной старухи.
Джеймс боялся его. Фрея уяснила это. Проскисиолог не тронет Сэмюэля и пальцем, если парень убедит его в своей опытности. Бояться нечего. Все будет хорошо.
— Мы заговорились, — сквозь зубы прошипел он. Стол подрагивал от слабого землетрясения. Вестник приближался.
— Просы...
Парень не дождался команды Фреи. Сэмюэль зажмурился и проснулся.
Амелия сидела на столе, молча смотрела на него.
Жуткая картина. Тело рогокошки застыло статуей, усики на морде не покачивались от дыхания. Наблюдающий спутал бы ее с чучелом. Две пары черных глаз свидетельствовали об обратном: в них сиял чистый разум.
Он дождался ухода Фреи и открытия антикварной лавки. Хромающие ноги несли его по второму этажу. Сэмюэль бродил вдоль стены, как птица вдоль клетки.
Трусы остались в комнате — парень снял их заранее.
