— Ты расстроен из-за работы или что-то личное? — отец затянулся и посмотрел на него, — Только не говори, что все в порядке. Не сомневайся, ты прекрасно это изображаешь. Только вот родители видят больше, чем другие. Так что?
— Вы с мамой никогда не ссорились?
— Значит, все-таки личное… — он выпустил синее табачное облачко.
— Ссорились? Пожалуй, это слово не совсем подходит. Все люди разные, и когда живешь с кем-то под одной крышей, не может быть так, чтобы у всех во всем совпадали мнения, желания, настроении. Это просто невозможно. Но если тебе дорог человек, ты стараешься с ним договориться. И здесь весь секрет в том, что если этого хотят оба, то не будет пострадавших, обиженных, каждый немного уступит и получится общее удобное пространство. Ты понимаешь, о чем я?
— Да, конечно. И у вас никогда не было тайн друг от друга? Повода усомниться друг в друге?
— К сожалению, не могу сказать, что никогда не обманывал. Но мама никогда не подавала виду, что не верит мне. Если я что-то говорю, значит, так оно и есть. Во всяком случае, она не допытывалась, не проверяла, не донимала расспросами и подозрениями. Может, действительно верила, а может умела обходить острые углы. Увы — я не святой. Была пара эпизодов, которые хотелось бы стереть из памяти, вообще из жизни. Но жизнь не перепишешь… не хочется вспоминать.
— А она?.. ты в ней никогда не сомневался?
— Сомнения? Зачем? Мучить и терзать себя? Мы до сих пор любим друг друга. Даже если были какие-то размолвки, мы старались быстро про них забыть, не мучить друг друга подозрениями, упреками, обидами. На самом деле недостатки можно найти у всех и во всем. Но зачем их искать, зачем заострять на них внимание? Если даже заметил, спроси себя: готов ли ты расстаться с человеком из-за того или из-за этого? Или испортить себе и ей настроение, хотя бы даже на вечер? Рушить жизнь из-за всяких мелочей и страдать самому? Глупо. Скажи себе и скажи ей: «Я люблю тебя!» И иди дальше, живи, люби — у нас это стало неписаным правилом. Никогда я не встречал никого, с кем мне было бы лучше, чем с ней. Думаю, мы и есть две половинки, которые идеально подходят друг другу.
Денис молчал, глядя в темноту улицы. Потом поднял голову. Там половинка Луны, казалось, сияла особенным весенним блеском. Вот у Луны сейчас одна половика. А когда будет две половинки, получится одна полная Луна. А потом снова половинка, а потом вообще ничего. А у нас, у людей, не так. Или ты один — то есть половинка, или ты находишь свою половинку и вы становитесь единым большим целым. А если без половинки, то ущербный? А если половинка не твоя?…
— Может, расскажешь, как там у тебя, с кем… — отец оторвал его от подлунного созерцания небес. Он подбирал слова, зная, что в таких делах какое-то неточное слово вспугнет, и человек закроется. Не всегда можно описать словами ощущение близящейся потери, или подспудную тревогу, или сомнения и жгучее желание не поддаться этим сомнениям.
— Я хочу ей поверить, но кое-что случилось. И я не знаю, что с этим делать. Она не может объяснить. А я не хочу, чтоб меня использовали. Хотя очень хочу… — он задумался, подбирая слова, — хочу верить ей, а факты говорят — нельзя.
— Да скажи ты, чего ты мямлишь, что я тебе враг что ли? В чем тебя используют?
Говорить о работе Денису сразу стало легче:
— Она заявила о пропаже розы — старинной вещи ее семьи. Я за розыски-то взялся из-за нее самой, ну, из-за Маши. Ну, представь, — пояснил он на вопросительный взгляд отца, — эта штука ценности не имеет, не золотая, просто старинная железная, семейная, так сказать, реликвия. У нас дел полно. Ты знаешь, как с кражами работать: если по горячим следам не получилось, потом шансы почти нулевые. И крупные ограбления в разработке висят, мне точно не до розы. Но она пришла, и я взялся.
Он помедлил.
— Не мог же я отказать в розыске, как бы я потом ее смог пригласить куда-нибудь.
— А ты пригласил?
— Да, пару раз поужинали. И у нее эта роза потом из сумки выпала. Выходит, она мне врала. Зачем? Мне в отделе сказать стыдно — хожу розу ищу. Как будто других дел нет. У Андрея убийство, кража. Там коллекция ножей, а тут — железяка. Да еще и вранье, может, про кражу.
Отец снова закурил, что бывало с ним не часто.
— Значит, роза эта нашлась. Но ты, во первых, с выводами не спеши. Хочу тебе рассказать одну историю. Знаешь, как у меня знакомые встретили друг друга? В трамвае поругались. Он на сиденье сел, а она тоже хотела. Разозлилась, что он ее опередил — какие мужики пошли, все такое. А он с футбола, уставший, ногу травмировал, тоже ответил, что таким, как она уступать не хочется. Потом через пару дней снова в трамвае встретились. Они недалеко жили, ездили в одну сторону, узнали друг друга. Так ездили несколько раз, а потом он решился подойти — девчонка симпатичная была. Сначала тоже ругались. А потом уже и расстаться не могли. И так на всю жизнь.
— Что, ругаются?
