— Вы знаете, что у нас в роду детям принято давать имена на ту же букву, что и имя их отца? — обратилась ко всем Ирина Игнатьевна. — не знаю, с какого века пошла эта традиция, но вот Владимир Всеволодович — она указала на могилу — имя и отчество на одну букву. У меня, у моей мамы и бабушки, у Марии — у всех нас соблюдено это правило. А как в Вашей семье?
— У нас нет отчества. У нас не сохранилась эта традиция. Но у нас почти русские имена Никлас — это Николай. Мой отец Дэвид — по-русски Давид, означает любимый. Мой сын Майкл — Михаил, данный Богом. Я знаю, имя имеет важное значение.
Они помолчали, каждый думая о своем. Обстановка тихих мест упокоения наших близких всегда наводит не размышления о жизни и смерти, быстротечности дней, смысле существования и главных ценностях жизни. Об этом не хочется говорить вслух. Это сокровенные мысли каждого. Воспоминания, внутреннее покаяние, мысленные встречи с теми, кто ушел в другой мир. Минута молчания. Не важно, сколько она длится. Здесь время меняет свой ход, оно не властно над теми, кто упокоился навсегда. Оно замедляется для тех, кто вырвался из суеты и пришел в это место умиротворения и вечной памяти.
Маша уже рассказывала историю о том, как была изучена старинная плита, найдены и прочитаны надписи, обнаружен тайник. Сейчас она молча достала из сумочки бронзовую розу и положила в предназначенное углубление. Тогда Никлас расстегнул пальто и из внутреннего кармана достал небольшой кинжал. Он положил его в углубление с другой стороны.
— Откуда он у вас? — почти в один голос воскликнули Маша и Денис.
— Это тоже от нашего предка — от Михаила Мельникова. Это семейная реликвия, передавалась по мужской линии. А роза — по женской. У вас есть роза, у меня — кинжал. Вы думали он потерян? — Николай гордо улыбнулся. — Нет, мы храним память предков.
— А Вы раньше сюда приезжали? — осторожно спросила Маша.
— Я первый раз в России.
— А ваш отец, дедушка?
— Нет, они очень хотели. Но была война, потом железный занавес. Не получалось. Только я сейчас смог. Без вас я не найду, не нашел, не знал… — он немного заволновался. — А почему вы спрашиваете? Что случилось?
— Можно? — Маша взяла в руки кинжал, Никлас утвердительно кивнул в ответ. Денис тоже подошел, чтобы поближе разглядеть вещицу.
— Понимаете, мы думали, что видели его здесь, в России, у другого человека. Но мы не могли его взять, кинжал в чужой коллекции, — осторожно объяснил Денис.
— А почему вы думали, что кинжал от династии Мельникова?
— Действительно, почему… — согласился Денис. И сам себе объяснил — По форме и размеру сюда может подойти огромное количество подобных кинжалов. Просто многое совпало.
Он снова вернул кинжал в отведенное ему углубление.
— Я думаю, это просто символическое единение мужской и женской ветви рода Мельниковых.
— "Цветок не забудь положить, чтоб память о нас сохранить", — да так было в стихотворении. Пожалуй, ты прав, — согласилась Маша. — Но там есть и дальше " Ключ поверни, мой друг, Замкнется разорванный круг". Значит надо что-то открыть. Может на кинжале есть указания.
Они снова взяли кинжал. Его рукоять украшала затейливая гравировка. С каждой стороны стояла красивая буква М.
— М — это фамилия Мельников. Больше ничего примечательного. А ножны есть? — поинтересовался Денис.
— Наверное, были когда-то. Но у моего деда уже нет. Значит и у меня нет. Мы храним только это. — Он развел руками.
Постояв еще немного, они поправили растрепавшиеся от ветра венки. Никлас поклонился могилам. Можно было возвращаться. Выходя за оградку, Денис чуть не столкнулись с сутулым мужичком в кепке, который все время топтался у соседней могилы.
— Извините, не заметил. Может вам помочь? — обратился Денис.
Мужчина повернул к нему заросшее щетиной лицо, зыркнул острыми черными глазами и проблеял сдавленным голосом "Не — не — не. Не надо."
— Извините еще раз. До свидания.
Уходя, Денис оглянулся. Мужичок стоял к ним спиной и все также топтался около соседней могилы.
— Что тебя заинтересовало? — обратилась к нему Маша.
— Странный какой-то. Ничего не делает, только вокруг ходит.
— Ничего странного. Может, ищет, где рюмочку с закусочкой оставили, где конфетку. А может, просто вспоминает кого-то близкого.
— Ну, да. Наверное, так и есть. Только глаза у него странные.
— А ты посмотри лучше в мои глаза. И уделяй девушке побольше внимания, а не странным дяденькам, — легонько подтолкнула его Маша и улыбнулась. Они остановились, и Денис, крепко обняв девушку, поцеловал ее. Потом они, взявшись за руки, счастливые, быстро пошли к машине, оставив за спиной тихое кладбищенское царство.
Они не виделись целую неделю. Каждый день был наполнен событиями, накопилось много неотложных дел. Договорились, что Денис зайдет в пятницу вечером. Едва они поздоровались, Маша потащила его к столу.
