Только ли отбор? Мы уже говорили о невероятности отбора случайных изменений. Хотелось бы разобраться в причинах усложнения организации живых существ. Какие земные и космические силы сотворили мозг? Что заставляет нервную систему подниматься с одной ступени на другую, наперекор извечному стремлению неживой материи к упрощению, тепловому равновесию, к состояниям с максимальной энтропией и минимальной сложностью?
Способности нервной системы к целенаправленным действиям проявляются уже на первых этапах её развития на клеточном и молекулярном уровнях. Головной мозг человека состоит из 1010 нейронов; в период развития в нём образуются до 200 тысяч нейронов в минуту!
Несмотря на взрывную скорость, они превосходно ориентируются в изменчивой обстановке и по химическим вехам определяют свои пути в лабиринтах мозговых тканей. Формируются органы зрения, а к ним тянутся длинные отростки нервных клеток – аксоны – из отделов, которые предназначены для обработки зрительных образов. Так происходит со всеми органами.
Согласованность действий, распознавание путей совершенно невероятны, если учесть, что «прокладка нервных кабелей» происходит с той же скоростью, а нервная система пронизывает весь организм. Малейшие ошибки в доли миллиметра могут привести к нарушению функций или к гибели.
По мнению американского биолога У Коуэна, это можно объяснить тем, что нервные клетки мозга и их нейроны-адресаты в зрительной системе имеют химические опознавательные метки, по которым и удается клеткам распознать друг друга.
Положим, в онтогенезе это происходит по врождённым программам. Как они сформировались? Необходим поистине гениальный программист! И действовал он в течение миллионов лет эволюции. Неужели на это способен естественный отбор случайных изменений, происходивших в молекулах, клетках, органах, в организме?
…В глыбе мрамора заключено бесчисленное множество форм, которые из неё можно создать. Остаётся отсечь лишнее и выявить наиболее совершенный образ. Придавая массе живого вещества случайные формы, отбор (внешняя среда, условия внутри биоценозов, сообществ) сохраняет лишь создания, прошедшие экзамен «на живучесть». Меняются условия, и отбор несколько изменяет свои творческие «вкусы». Появляются новые виды, пропадают прежние. Неужели так всё просто?
Но если мы вручим миллионам обезьян по резцу, молотку и куску гранита, сможет ли хоть одна из них – даже за миллиард лет непрерывного труда – случайно сотворить роденовского Мыслителя? Теоретически такая вероятность имеется. Практически она равна нулю. А создать мыслящего человека из первобытного студня – несравненно более сложная задача!
Если усложнение нервной системы даёт решающие преимущества организму, то должны были бы размножиться виды, стоящие на высочайшей (для своего времени) ступени цефализации.
Но не раз уже сказано: преобладают на Земле отнюдь не самые сложные создания. Животные, обладающие нервной системой, составляют чуть более сотой доли всей биомассы Земли. От этой доли лишь сотая часть приходится на высших позвоночных. А из них на наших родственников, приматов, остается несколько процентов. Одних червей на Земле в десять раз больше по весу, чем людей.
Абсолютное преобладание и процветание растений и микробов указывает на них как избранников естественного отбора. И всё-таки, создав организмы, процветающие сотни миллионов и миллиарды лет, живое вещество продолжало усложняться, обогащаясь нервной системой и мозгом.
При отборе на основе случайности чем дальше отклонение от среднего, тем меньше вероятность события. Чем сложнее творение, чем более удалено оно от среднего, тем реже оно должно встречаться. Эволюция в этом направлении должна замедляться со временем. Однако прогресс по линии наших предков наращивал темпы. Существует какой-то механизм ускорения и усовершенствования.
Завод-автомат, выпускающий игрушечные заводные автомобильчики, за какой угодно срок из-за случайных сбоев в программе не перейдет на выпуск настоящих автомобилей. Ни одна из миллионов артелей, выпускающих бухгалтерские счёты, никогда не смастерит случайно, по ошибке, компьютер.
Обычно происходит наоборот. Без изобретателей и учёных станки, автоматические линии, цеха со временем ухудшают свою работу (ломаются детали, появляются дефекты в оборудовании, дезорганизуется процесс). Так и должно быть согласно закону возрастания энтропии в закрытой системе.
Цефализация – невероятный процесс, если предполагать в его основе случайные отклонения от нормы и последующий отбор организмов, наиболее приспособленных к тем или иным земным условиям.
