Скорее всего, именно тогда возникла мысль о том, что пора подыскать нового человека на эту должность – понятно, что решающее слово должен был сказать народ России, но одна из особенностей современной демократии состоит в том, что мнением людей легко манипулировать. Поскольку Чубайс был приглашён всего лишь как эксперт, он никак не мог повлиять на принятие решения – своё слово должен был сказать куда более авторитетный человек. На эту роль подходит только постоянный член Бильдербергского клуба Генри Киссинджер, который был неплохо знаком с тем, что происходит в России ещё с тех пор, как входил в комиссию «Киссинджер-Собчак» в 1992 году. Именно Киссинджер мог предложить кандидатуру Путина. А всё дальнейшее – это уже дело техники, поскольку Чубайсу нетрудно было убедить Ельцина, что именно Путин способен навести порядок в государстве, а если станет президентом, то защитит от нападок недругов и самого экс-президента, и его семью.
Однако логика подсказывает, что человек с таким опытом, как Киссинджер, должен был ещё в 1996 году понять, что Ельцин уже исчерпал свои возможности и пора готовить ему замену. Поэтому он убедил Чубайса, с которым был знаком ещё с 1992 года, предложить Ельцину человека для усиления его команды. Юрист по образованию, бывший разведчик, имеющий немалый опыт управления хозяйством – нужно предложить ему важную работу, а если справиться, то продвигать на более высокий пост. В июле 1996 года Чубайс был назначен главой администрации президента, поэтому ему не составило большого труда убедить Ельцина, чтобы тот взял Путина в свою команду.
Сведущие люди утверждают, что Путин долго помнит добро. Вот и к Петру Авену относится благожелательно за то, что в 1992 году, когда Петербург находился на грани голода, тот разрешил торговать сырьём напрямую с зарубежными странами. Впоследствии это Путину аукнулось стараниями комиссии Салье, но обошлось. Когда же Собчаку грозил арест, Путин тайно переправил своего бывшего шефа за границу. В пользу утверждения, что именно Чубайс способствовал новому назначению Путина, свидетельствует тот факт, что Анатолий Борисович остаётся в фаворе до сих пор, несмотря на явные провалы в его деятельности – тут и непродуманная реформа РАО ЕЭС, и авантюра с созданием компании Роснано.
Симпатия к Киссинджеру так же вполне оправдана, если верна версия, что именно он стал «крёстным отцом» нынешнего президента. Киссинджер, в свою очередь, не дал в обиду «крестника» ни после президентских выборов 2012 года, которые на Западе сочли сфальсифицированными, ни после внезапного присоединения Крыма к России, утверждая, что в событиях на Украине виновны руководители Европейского союза. Видимо, Путин пока не заслужил упрёков, поскольку поддерживает хорошие отношения и с Израилем, и с еврейской диаспорой в своей стране.
Но вот вопрос: возможны ли доверительные отношения между политиками двух постоянно конфликтующих держав? Скорее всего, в каждом из них ещё сохраняется что-то от разведчика – оба стараются что-то разузнать, разобраться в тактике своих соперников. Однако некоторые политологи думают иначе.
Гвин Дайер на следующий день после избрания Путина на первый президентский срок заявил на страницах The Moscow Times о своих сомнениях:
«Плохая новость о Владимире Путине состоит в том, что он восхищается Генри Киссинджером. Вспоминая разговор с ведущим защитником американской внешней политики, основанной исключительно на аморальных "стратегических" соображениях, Путин говорит, что Киссинджер не мог понять, почему бывший президент СССР Михаил Горбачёв распустил Варшавский договор и вывел советские войска из Восточной Европы. "Киссинджер был прав", добавляет Путин, "Мы избежали бы многих проблем, если бы мы не отступили так необдуманно". Это говорит о том, что представление Путина о том, как мир на самом деле работает в 21-м веке, столь же дефектно, как и у Киссинджера».
Увы, Дайер принял слова Генри Киссинджера за чистую монету, и не он один – многие благодарны Киссинджеру как идеологу «разрядки». Однако на самом деле его «заслуга» состоит лишь в том, что вовремя понял – Советский Союз нельзя победить в открытой войне, поэтому следует пойти другим путём, изменив идеологию его руководителей и значительной части населения, а для этого нужно развивать политические, научные и культурные связи. Суть этой тактики заключается в том, чтобы, используя возможности разрядки в отношениях между государствами, внедрить в России американские ценности, ну а тогда уже никто не помешает наводить порядок в мире по стандартам США. Не сомневаясь в успехе, Киссинджер писал в своей книге «World Order», изданной в 2014 году: «единственным страной, способной создать новый порядок, являются США». Понимал ли это Путин, когда встречался с Киссинджером и когда садился в кресло президента России? Вот мнение Гвина Дайера:
