— Конечно, вам не хочется говорить о друзьях за пределами школы, но иногда молодых людей приходится спасать от самих себя. Прошлой ночью Малис снова исчез. Знаете ли вы, где он пропадает? С кем видится? Он возвращается довольный. Я бы послал за ним охрану, но нам следует сохранять конфиденциальность. Мы не знаем, что о нас думает новая королева. Итак, можете ли вы мне что-нибудь сказать?
Сэр Генри не надеялся услышать ответ — кляузничество показалось бы признаком мстительности, — но сэр Генри не учитывал другую сторону дела. Сироты жили по строгим законам морали, во главе которой стояла природа.
— Малис обрел нового учителя, — сказал Иероним.
— Злого учителя, — добавила Морвал.
— Что же в нем такого злого?
— Он сделал Малису зверушку.
— Существо, противное природе, — добавили они в унисон.
— И как зовут этого учителя?
— Черион или как-то в этом роде…
«Герион Уинтер, — подумал сэр Генри. — Зачем Уинтеру окучивать моих подопечных?»
— Покажите мне существо, — попросил он, и, когда Малис ушел — что теперь случалось часто, — они вместе отправились на поиски зверя.
Дети, вооружившись палками, выстроились в шеренгу. Сэр Генри нашел корзину под койкой Малиса в большом сарае и вытряхнул из нее содержимое. Это существо определенно не принадлежало нашему миру: лысое, со шкурой фиолетового цвета, красными глазами без век, короткими недоразвитыми кожистыми крыльями, свирепыми когтями и острыми зубами. Грассал велел принести сетку, поскольку существо пыталось взлететь, шипело и нападало, но учителя никто не слушал: дети были охвачены страхом и вместе с тем азартом охоты. Несмотря на призывы сэра Генри к сдержанности, чудовище забили палками до смерти. Только Сиры и Трокмортон не принимали в этом участия.
У Малиса было прекрасно развито чувство времени. Он появился в дверях в тот самый момент, когда сэр Генри достал тело из сети. Малис поднял свой талисман, покачал его в руках и положил на пол, бросив на сэра Генри прощальный взгляд, исполненный чистой ненависти.
Сэр Генри рассказывал о перспективе и оптических инструментах. Время близилось к полуночи, приближался канун Рождества, золотая дверца была открыта, демонстрируя самый удивительный небесный дар — зимние созвездия. Сэр Генри, лицо которого сияло в мерцании свечей, говорил о примирении. Дети один за другим подходили, чтобы посмотреть в цилиндр с пропорциональными стеклами на неясные очертания гор на поверхности убывающей луны.
— Не знаю, где ты это взял и кто это придумал, но это настоящий подарок судьбы!
Малис с самым подобострастным видом вручил сэру Генри этот предмет в знак извинения за то, что притащил в спальню чудовищное существо. «Купил у торговца в Хое», — сказал он. Сэр Генри взял в руки линзу, заключенную в гладкий медный корпус.
— Мы вставим ее сюда и…
Старик склонился над телескопом и прижал правый глаз к окуляру. Вдруг раздался щелчок, а потом треск. За ним последовал чудовищный вопль. Грассал упал с окровавленными ладонями, но Малис лишь улыбался. Руки и ноги старика тряслись, как в лихорадке, пока яд через глаз проникал в организм. Началась полная неразбериха — Сиры безуспешно пытались вытереть кровь полотенцем; другие бросились в библиотеку сэра Генри, но не знали, за что хвататься. Пришел врач, но предложил лишь успокоительное, противоядия он найти не мог. Малис исчез вместе с таинственным прибором.
Конечности старика содрогались в конвульсиях, у него пошла горлом кровь. Спустя сутки он умер.
Сэр Генри пребывал в уверенности, что проживет еще много лет, и не хотел рисковать развитием своих подопечных до их совершеннолетия, а потому так и не составил завещание.
Узнав от Малиса об отсутствии прямых наследников и других претендентов, Уинтер явился на похороны Грассала. Отдав должное покойному, он рассказал о том, как недавно за обедом Грассал назначил Уинтера учителем детей и пожизненным арендатором поместья в случае его смерти. «Подумайте о возрасте старика, — сказал Уинтер. — Он не мог не позаботиться о будущем». Уинтер уверил детей в том, что сэр Генри видел в них потенциал к невероятному могуществу, что у них есть шанс оставить свой след в истории.
Он действовал без промедления. На следующий же день он привел их в Лост Акр, и вундеркинды в благоговении предстали перед Фероксом и точкой перехода. В полдень, самое спокойное время для этого чудовищно опасного места, человек-горностай повел их по тропе через лес к пруду, где рыбы выпрыгивали на поверхность и взмывали в воздух, щелкая челюстями в поисках насекомых.
— Вот почему мы стараемся держаться равнины, — пояснил Уинтер, который хотел, чтобы его подопечные четко усвоили, каковы опасности этого места. Малис бросал в рыбу прыгающие по воде плоские камешки и частенько попадал.
В этот вечер больше никто не говорил о сэре Генри. Всем детям уже исполнилось пятнадцать лет, и Уинтер сообщил, что пришло время перемен. Они обретут новые имена, новое крещение. Одну часть имени выберут сами подопечные, а вторую — Боул.
