Раскачивать лодку, в которой сидишь, — это, как правило, не самый разумный выбор. Он вывел «несчастный случай» на обложке блестящей новенькой папки с подзаголовком «Миссис Дейрдре Бантер (покойная)».
Соответствующая заметка в ротервирдской «Хронике» показалась такой же бесцветной и даже несколько безвкусной, по мнению тех, кто знал о реальных обстоятельствах инцидента. Она представляла собой точное отражение тех слов, которыми Морс Валетт сообщил о происшествии Орелии:
Вчера Дейрдре Бантер, вдова известного архитектора, была обнаружена мертвой; причина смерти — внезапный сердечный приступ, произошедший с ней в садах Гроув Гарденс, которые в знак уважения к усопшей будут закрыты для посещения всю следующую неделю. Мэр отметил ее вклад в развитие ротервирдского общества и выразил соболезнования мисс Орелии Рок, ее племяннице, которая обещает продолжить семейное дело и управлять антикварным магазином «Безделушки и мелочи» как ни в чем не бывало.
Закрыты в дань уважения! Наверное, в этот самый момент рабочие уже копошились в Гроув Гарденс, прикручивая новые провода, перекрашивая изгородь и заметая оставленные на гравии следы. Платье и туфли миссис Бантер вернули, но часы — нет.
БАНТЕР, Дейрдре: вдова Бартоломью Бантера (архитектора), умерла, не оставив потомства…
Перо Мармиона Финча вывело дату, сведя очередную жизнь к статистическому показателю в большом реестре, где в алфавитном порядке соседствовали друг с другом прибывшие и убывшие граждане (чьи имена были начертаны зелеными и красными чернилами соответственно).
До недавнего времени, прежде чем миссис Бантер подвергли необъяснимому остракизму, она была подругой или скорее соперницей миссис Финч, и женщин объединяло общее желание продвинуться по социальной лестнице и вращаться в высших кругах Ротервирда. Финч с недоверием отнесся к натянутым объяснениям Городского совета касательно этих тревожных событий.
— Здоровье у нее было крепкое, — признался Финчу доктор миссис Бантер чуть ранее. — Должно быть, ее сгубила пыльца цветущих растений.
В памяти Финча всплыло слово «архитектор». Он редко пересматривал тяжелые фолианты, в которых хранились оригинальные чертежи старейших зданий города; их исторический язык был слишком специфичен даже для него. Но сейчас Финч раскрыл план Эскатчен Плейс — созданную одним человеком фантазию из кирпичей, деревянных балок и цемента. Имя проектировщика: Перегрин Бантер.
Поместье снова открыло свои двери. И сразу же наследница или по меньшей мере однофамилица одного из отцов-основателей города умерла.
С каждым днем золотой ключ у герольда на шее становился все тяжелее.
Похороны миссис Бантер прошли довольно скромно. Вместо мэра пришла миссис Сноркел и не задержалась дольше положенного. Солт сидел в передних рядах и от всего сердца распевал гимны. Облонг, устроившийся сзади, мычал в такт. Когда все вышли из церкви, Солт похлопал его по спине, а Орелия вознаградила бледнейшей из улыбок.
Пустующие места заполнили немногочисленные владельцы магазинов. Молодой священник говорил хорошо, и не столько о Боге, сколько о существовании измерений, о которых ничего не известно человеку.
В конце службы к Орелии подошла женщина в прикрывающей лицо черной мантилье и прошептала:
— Вы даже не представляете, как мне жаль. Искренне надеюсь, что удача повернется к вам лицом. — Орелия не узнала ее голос, но в нем ощущалось благородство.
Орелия хотела было пойти за незнакомкой, но тут к ней приблизился гробовщик с маленькой угольно-черной урной.
— Какой трагический несчастный случай, — сказал он, едва ли не извиняясь.
Стремясь как можно быстрее покончить со всей этой печальной процедурой, Орелия упросила Солта составить ей компанию. За финишной чертой Гонок Великого Равноденствия берега сужались и река становилась быстрее и глубже. Орелия развеяла прах над Ротером и, когда серая пленка исчезла из вида, пролила слезинку или две.
— Мне следовало быть добрее к тетке, — пробормотала она.
— Мы такие, какие есть, а люди вообще-то странные создания, — ответил Солт, который явно не имел таланта утешать.
— Может ли человек метать молнии?
— Нет, — сказал Солт. — Ты просто расстроена.
— В человеческом теле много электричества.
— Нет. И в любом случае зачем Сликстоуну изводить твою тетку? Подумай о рисках.
