— С какой стати? — откликнулась чародейка, подходя к здоровяку поближе с кошелем в руках. — Просто я хочу отблагодарить нашего «капитана» от себя лично. Ну, так, что бы он надолго меня запомнил.
Я сразу заподозрил неладное. А вот «капитан», на свою беду — нет. Он стоял и самодовольно улыбался, вероятно, решив, будто девчонка растаяла перед его крутизной. Она же сделала то, чего никто не ожидал: резко и сильно ударила ногой мужчину в пах. Тот дико взвыл, сложившись пополам.
А девчонка бросила ему под ноги четыре золотых со словами:
— Тебе заплатили два рэна за оскорбление. Значит, четыре рэна стоит избиение. Конечно, ты значительно завысил изначальную цену. Ибо как подобное дерьмо, может оцениваться столь дорого? Ну да ладно, я не мелочна. Тем более, когда мне хочется сделать себе приятное. До встречи, мило-ок!
Баркас она покинула, прыгнув по кошачьи мягко и с места.
— Это было обязательно? — спросил у неё Призрак, едва мы повернулись к судёнышку спиной.
— А как ты думаешь? — вопросом на вопрос ответила чародейка.
Призрак пожал плечами, но вслух ничего не сказал.
Следуя по узкой тропинке, мы миновали вышеупомянутые развалины и углубились в настоящие древесные дебри. Впрочем, они вскоре кончились, а перед нами оказался берег маленького залива, поросший могучими вербами.
Тарата стояла на якоре, ярдах в тридцати от небольшого мыса, имеющего форму подковы. Появление у самой воды пятерых человек, не осталось незамеченным. Свидетельством чего служила лодка, споро спущенная на воду с судна и направившаяся в нашу сторону. По прошествии нескольких минут её нос уткнулся в прибрежный песок. На вёслах сидел один гребец, невысокий, но чрезвычайно кряжистый мужчина. Мы обменялись короткими приветствиями, затем лодка отправилась в обратный путь. Вскоре она подошла к верёвочной лестнице переброшенной через борт, на котором красовалось витиеватое название «Единорог» и все перебрались на само судно. Там нас встретили двое. Один статный, с большой, окладистой бородой, представился капитаном Аррисом. Другой, атлетически сложенный белокурый красавчик — его помощником Макли.
Мы с Хельгой, как личности незнакомые, тоже назвали себя. Правда девушка умолчала о своей принадлежности к магической профессии. Но что тут удивительного? Ведь и я не распространялся о том, что фактически всю сознательную жизнь провёл на войне.
— А где команда? — между тем, поинтересовался Призрак, не заметив более ни единого человека.
— Половина парней запасались свежей водой. Теперь вот отдыхают, — капитан махнул рукой в сторону брезентового тента закрывавшего часть корабля неподалёку от носа. — Остальные отправились на охоту. Да к вечеру вернутся, не переживай. А там, если ваша компания пожелает, сразу и в путь. Благо ночи нынче лунные, всё-всё видно. И Синеглазка здесь без подвохов: ни тебе коварных мелей, ни острых подводных камней, ни опасных водоворотов. Плыви и радуйся! Вот только… — тут он с красноречивой неодобрительностью покосился на девушку, — эти все плюсы, может перечеркнуть один большой минус. И он стоит сейчас передо мной. Сей минус…
— Если женщина появилась на корабле, значит непременно быть беде. Старая история, — про себя усмехнулся я. — Хотя… Для владельца «Стрижа» страхи вполне оправдались. Хм-м-м…
Впрочем, Макли не страдал суеверием подобно своему начальству. О чём красноречиво свидетельствовали его восхищённые взгляды, бросаемые им, в сторону Хельги.
— Нам не с руки задерживаться, старый приятель, — ответил за всех Призрак, — поэтому, как только твои головорезы прибудут на корабль, снимайся с якоря.
— Прекрасно, — просиял капитан, любовно пригладив бороду, — а то признаться, здорово надоело торчать в этой глухомани. Вы же, если желаете, ступайте под тент. Набирайтесь сил, спокойно отсыпайтесь, пока есть такая возможность. Дорога ведь вам предстоит по суше дальняя. Да, вот ещё… Оставленные вещи и оружие на месте. А где взять необходимое количество гамаков знаете.
— Разумеется, — кивнул Призрак, и мы последовали в указанное место.
Под тентом царил лёгкий полумрак. Но быстро привыкшие к нему глаза позволили довольно чётко различить детали обстановки. В дальней части стояли бочки, ящики, мешки, сундуки. Там где они кончались, виднелись гамаки, одни пустовали, в других, лежали люди, негромко переговаривавшиеся между собой, либо храпевшие. Наше появление заметили. Разговоры утихли, и чей-то голос пробасил:
— Привет пассажиры! Хвала Создателю что вернулись, а то заскучали мы тут, пришпиленные к одному месту. Ведь душа бродяги она что? Она в дорогу зовёт. Тягостно ей на привязи сидеть. Ой, тягостно!
— Здрав будь, Дилэйн, — с радостью откликнулся Колесо. — Ну, мы это… Торопились, как могли. И прибыли даже на сутки раньше уговоренного срока. Хотя независящие от нас обстоятельства пытались этому помешать. Тем не менее, мы тут. И даже с прибылью. Вот! Прошу любить и жаловать! Ральф и Хельга! Они влились в наши…
