Самая длинная неделя в моей жизни. Чертовски невыносимая. Адская. Никогда не чувствовал себя дерьмовее, чем сейчас. Даже когда Ольгу застукал с Игорем, не хотелось сдохнуть от мысли, что все кончено. Тварями их считал, ненавидел Игоря и презирал жену. Тогда еще мысли в голову лезли о том, что если бы наш сын выжил, то не позволил бы такой матери воспитывать его. Но Марик прожил всего неделю. Больное сердце у мальчика было. Чтобы пережить трагедию я ушел с головой в зарабатывание денег, а Ольга решила бл***вать. Вышвырнул тварь без сожаления и сделал так, что для нее закрылись все двери. О сытой и роскошной жизни ей пришлось забыть. Ей даже руку в городе не подавали. Но ничего, как-то выкарабкалась. Приспособленка и паразитка. А потом мне стало так плевать на нее, что даже не отреагировал когда Олег Якушев пришел с разрешением жениться на моей бывшей.
Гораздо тяжелее мне далось предательство давнего друга. Мы ж с детства вместе были, вместе подниматься начинали, отбивались от шакалов, пытавшихся отжать у нас прием лома и СТО. Но мы твердо заявили о себе, показав, что с нами шутки плохи. Руки пришлось замарать по локоть. В то время всем приходилось играть по одним правилам. Шантаж, запугивание, применение грубой силы. Мир зверей на человеческий манер. Кто сильней, тот и выжил.
Тогда мы только выкупили за бесценок у города загибающийся завод. И дела пошли в гору. Не понимал где проглядел, и в какой момент эти двое снюхались за моей спиной. Забыли, что я не тот человек, который готов закрыть глаза на такое явное неуважение. Пришлось распрощаться с Игорьком раз и навсегда. С того дня, никто его больше не видел. Конечно все шептались о его участи, но никто в глаза не смел обвинить меня в причастности к его исчезновению. За то, что потерял друга, презирал Ольгу еще сильнее. Наверное, и ее следовало отправить на тот свет, но для этой гниды нищета и игнорирование было страшнее смерти. Жалел ли я что принял настолько радикальные меры по отношению к старому товарищу? Нет. Он всадил мне нож в спину. Лишь позже узнал, что Игорь вел переговоры с Хромовым. Кинуть хотел меня по всем фронтам.
Вновь вызвать у меня эмоции бывшая жена смогла, когда она пыталась Ульяну настроить против меня. Сразу предупредил ее мужа, что будет, если эта стерва будет лезть не в свое дело. Олег мужик понятливый. Боялся за свой бизнес и обещал придерживать жену на коротком поводке. Но очень мне хотелось в тот момент отправить ее вслед за бывшим любовником.
В тот вечер я действительно трухнул, увидев мою девочку и это суку в одном помещении. Понимал, не стоит ждать ничего хорошего от их встречи. Знал, что не отпущу Улю никуда, даже если решит сбежать. И парил от счастья, когда мы все выяснили и между нами появилось больше доверия.
То что происходило эти несколько дней после того, как двери лифта обрезали ее от меня, походило на ад. Меня ломало, как конченого наркомана. Места себе не находил не зная как она и что с ней. Конечно же за ней наблюдали и я был осведомлен о перемещениях Ульяны, но это никак не могло заменить общения с ней. Мы словно снова откатились назад к тому с чего начали. Я как маньяк следил за ней, а она старательно делала вид, будто наши пути никогда не пересекались.
Пусто и одиноко мне было без Ульяны. Без ее улыбки, смеха, объятий, без звука ее голоса, простого присутствия рядом. Она стала неотъемлемой частью меня и теперь я держался лишь на вере в то, что ее чувства окажутся сильнее фактов, выступающих против совершенного мной и наших отношений.
Подсознательно я чувствовал, что это, действительно конец, но отгонял от себя эти мысли, придумывал причины, по которым Ульяна не звонила. Терпеливо ждал, когда она подаст о себе. Но стоило хотя бы на мгновение представить реальность где Уля вычеркивает меня раз и навсегда из своей жизни, и тогда внутренности скручивало так, что готов был орать от боли и хотелось разнести к чертям все что попадалось на пути. Брал себя в руки пытаясь сосредоточиться на работе. Но снова и снова возвращался мыслями к ней.
Думал, девушке будет достаточно всего пару дней, максимум неделю. Хотел дождаться, чтобы у нее улеглись эмоции и она сможет вести конструктивный диалог. Встревожился, когда она не вышла на работу на следующий день после нашей ссоры. Начальник отдела, сказал, что девушка заболела. До понедельника не получил от нее ни весточки. Сам же боялся звонить, боялся оттолкнуть ее еще сильней. Поэтому приходилось довольствоваться отчетами людей, приставленных для наблюдения за Ульяной.
