— Короче, такие дела. У нас тут раскол произошёл, повздорили ребята немного. Мы с Рычачей говорим: пошли на север, добивать людишек и гномов. А Криклин такой: не, эльфы ближе, пойдёмте на них. Я ему: эльфы хорошие, не надо их трогать. Но он знай лишь своё: уши поотрываем, всех баб изнасилуем, эльфовидение будем на халяву смотреть. Так и не убедили его. С утра собрал Криклин, значит, таких же балбесов, и на Эльфланд пошли воевать. Но вы там передайте своим: я и Рычача глубоко озабочены! Осуждаем плохих орков, желаем вам не сильно пострадать от их рук и всё прочее. Да.
Чего там ещё у нас было, Рычача? А, это. Когда Орда захватит северные королевства, то придёт вам на помощь и накажет злых орков. Сейчас нам некогда просто за ними гоняться, надо до конца года север весь захватить, а то потом зимой снова холодно будет, тяжело воевать. Вот. Спасибо за понимание, до свидания.
Тьфу, чуть не забыл! Моё почтение оркозащитникам, надеюсь, вас не убьют, а просто в рабство возьмут. Так и говорите всем оркам: мы тут ваши права защищаем, будем и дальше вам помогать! Если всё равно станут резать, жалуйтесь правдистам, они передадут нашему руководству! Мы, когда север захватим, придём, разберёмся.
Ага, часть правдистов с Криклином, значит, отправилась, события с передовой освещать. Со мной только двое каких-то самых трусливых остались. Как там тебя звать? Брехлисиус? Вот так слово в слово всё эльфам и передай: Горрык хороший, это Криклин и его балбесы плохие! Теперь точно всё. Да хватит уже записывать, всё, я тебе говорю!
Полсотни эльфов выпустили залп стрел из бойниц летающего над армией захватчиков триеролёта. Учитывая кучность орков, даже с такого огромного расстояния большинство снарядов нашли свою цель.
Зеленокожие не обратили на потери никакого внимания. Взметнулись вверх первые лестницы, орки с разбега ударили большим бревном по воротам.
Гарнизон пограничной крепости казался растерянным. Кто-то хаотично стрелял в толпу снизу, другие со всей мочи рубили по крючьям мечами в надежде отбросить осадные лестницы. Четверо полуэльфов таки подняли тяжёлый чан с кипящим маслом и вылили его на орков, держащих бревно. Большая часть масла попала на импровизированный таран, разбрызгавшись во все стороны. Послышались дикие вопли.
Однако выбывших из строя зеленокожих быстро заменяли другие. Ворота трещали, лестницы под тяжестью карабкающихся тел стали неподъёмными. Снизу на защитников крепости летели тучи стрел, через несколько минут бой завязался уже на вершине стены.
Семеро всадников на летающих единорогах неустанно пикировали вниз, метали короткие копья в раздававших указания орков. Однако тех моментально прикрывали огромными деревянными щитами, а то и своими телами, верные подчинённые.
Двое эльфийских колдунов, стоя на палубе триеролёта, закидывали в толпу огненные шары, но даже они казались комариными укусами огромного колышущегося существа. Шаманы орков, стоя вдалеке на холме, плясали вокруг своих тотемов, проводя лишь им одним ведомый ритуал.
Массивные, но старые деревянные ворота не выдержали. Хлынувшие во двор крепости орки сразу напоролись на второй эшелон обороны из баррикад, но быстро сумели одолеть и его.
Внезапный порыв сильнейшего ветра качнул триеролёт. Шаманы ликующе вскрикнули. Принялись предаваться своим диким пляскам с ещё большим остервенением. На безоблачном ещё пять минут назад небе стали сгущаться тёмные тучи.
