Почему нужен был человек, уверенный в себе? Потому что те, кого я встречал до этого, поначалу были полны энтузиазма, но, увидев, какая Хуан Ии красавица, да еще услышав про ее заслуги, быстро сникали, как будто чувствовали свое неизбежное поражение, и предпочитали заранее сдаться. Потом появился один – командир полка соседней военной части. Казалось, он отвечает обоим условиям. Переговоры шли более месяца, потом они встречались три раза, но четвертого не последовало. Наш человек отправился спросить о причине. Командир полка ответил, что у этой женщины совершенно отсутствует самоуважение, они и встречались-то всего три раза, еще ничего не было понятно про их отношения, как вдруг она сама полезла к нему обниматься, да еще и средь бела дня! На что это вообще похоже? Судя по всему, его напугала раскованность Хуан Ии. Был еще один человек, которым Хуан Ии заинтересовалась, – университетский профессор из провинциального центра. Несколько лет назад его причислили к правым, и поэтому жена с ним развелась. Возраст у него с Хуан Ии был примерно одинаковый, профессор также какое-то время учился за границей, у них было немало общего, их влекло друг к другу, казалось, что это была любовь с первого взгляда. Профессору нельзя было отказать в смелости, он уже во вторую встречу остался у Хуан Ии на ночь. Так прошло несколько недель, Хуан Ии пришла ко мне со словами: «Он тот, кто нужен!» И попросила нас оформить их отношения.
А в результате в процессе оформления их отношения пришлось прекратить.
Оказалось, что отец профессора был гоминьдановским чиновником высокого уровня, еще у него было семь или восемь братьев и сестер, часть из которых жила на Тайване, часть – в Гонконге, а остальные – в Америке. А у нас в подразделении 701 в целях сохранения секретности запрещалось заключать браки с людьми, у которых были родственники за границей. Это правило в нашей системе было обязательным, как закон, и никто не смел им пренебрегать. Даже глава штаб-квартиры, не говоря уж о нас всех. Так на браке Хуан Ии был поставлен крест.
Насколько мне было известно, в течение полугода до возвращения жены Чжан Гоцина у Хуан Ии практически не было никаких контактов с ним. Но потом, непонятно, по какой причине, может быть, потому что поиски мужа были не слишком успешны, они снова начали встречаться. Однажды я своими глазами видел, как Чжан Гоцин под утро выходил из квартиры Хуан Ии, и перепугался до полусмерти, предчувствуя беду. Я подумал, что все мы живем в одном дворе, и если так будет продолжаться, рано или поздно правда выйдет наружу. Поэтому я лично отправился к главе поселка и попросил местное правительство помочь и выделить жене Чжан Гоцина комнату при больнице. Тогда их семья обоснуется в поселке и жене Чжана не придется ездить к нам в ущелье, они будут разделены, и вероятность прокола будет намного ниже. Большую часть времени Чжан будет после работы возвращаться из ущелья домой, но иногда станет оставаться на ночь у Хуан Ии. Ради этого я несколько раз наведывался к ним домой, а заодно сказал жене Чжана, что у него сейчас важное задание, поэтому иногда ему придется задерживаться на работе на всю ночь, она должна оказать ему поддержку и тому подобное. Одним словом, для того чтобы помочь им сохранить тайну их отношений, мне пришлось использовать свою смекалку и власть, совершить немало абсурдных вещей. В каком-то смысле все подразделение 701 превратилось в их пособников. Честно говоря, об их связи знали даже собаки в нашем ущелье, только жена Чжан Гоцина ни о чем не догадывалась. Значит, слухи сдерживались крепко. Это было немыслимо и стало возможным только благодаря тому, что все понимали без слов, что надо делать, и активно подыгрывали.
Конечно же, я понимал, что этот план временный, а основной – все-таки найти ей среди огромного количества людей «его», чтобы у Хуан Ии появилась семья и нормальный, официально оформленный статус. Поэтому мы, с одной стороны, всеми силами скрывали правду, а с другой стороны, прилагали усилия для поиска подходящей кандидатуры, которая ей понравилась бы. Ох как это было трудно! Но, как бы ни было трудно, искать-то все равно надо было. Потому что это не было личным делом Хуан Ии, это было делом подразделения 701, это был политический вопрос.
Дни пролетели быстро, и наступила следующая весна. Однажды во второй половине дня Хуан Ии примчалась ко мне в кабинет и с порога заявила:
– Я хочу выйти замуж за Чжан Гоцина!
Я опешил, не зная, что сказать. Опомнившись через какое-то время, отреагировал глупым образом:
– В смысле?
– В том самом! Я хочу выйти замуж за Чжан Гоцина!
– Вы ведь сейчас не шутите, да?
– Нет.
– Это странно! Почему у вас вообще вдруг возникла такая мысль?
– Я не могу выносить, что он каждый день возвращается домой к жене.
– Дело только в этом? Давайте я скажу Чжан Гоцину, чтобы он поменьше ездил домой. Зачем жениться-то?
– Нет, я хочу замуж, – она произнесла это спокойно и решительно. Было видно, что эта мысль – результат глубоких размышлений.
Я упрекнул ее:
