Заговор Феникса полностью

Грейди сделал паузу, чтобы предложить Кельвину сигару. Когда он отказался, Грейди зажег одну для себя и продолжил.

– Если бы здесь был убит самый почетный гость? Ты хоть представляешь? Ты действительно должен был сказать нам, тогда мы могли бы защитить тебя.

– Я не ожидал, что мне понадобится защита.

– Есть какие-нибудь идеи, кто для тебя это приготовил?

– Нет.

– Люди контрабандой ввозят автоматическое оружие в мой дом и несколько мертвых в моих коридорах… Так мы не ведем дела на Алеаторе-1! Моя семья докопается до сути, и любая информация, которая у тебя есть, будет много стоить. Много Q, лови меня на слове.

То, как Грейди говорил, утверждая, что он владеет Алеатором-1, заставило Кельвина предположить, что Грейди продвинулся вверх по цепочке. Он был двоюродным братом Роскосом, одним из членов семьи, но не одним из боссов, поставив его, возможно, двенадцатым на тотемный столб, – по крайней мере, там было в последний раз, когда Кельвин был здесь. Он мог только догадываться, что сделал Грейди или кого он убрал, чтобы подняться по лестнице на третью или четвертую ступень.

– Прости. У меня нет никакой информации. Может, ты мне скажешь, сколько людей могло иметь такое мощное оружие на Алеаторе-1.

Грейди пожал плечами.

– Понятия не имею. Но я обещаю тебе, когда я это узнаю, я дам тебе знать. Это меньшее, что я могу сделать.

– Хорошо, – сказал Кельвин, надеясь закончить. – Я буду на связи.

– Подожди, – сказал Грейди, подсаживаясь вперед с чувством безотлагательности. – Есть еще незаконченное дело.

Именно по этой причине Кельвин не сказал Роскосу, что приедет… Это будет плохо выглядеть для флота, если они узнают, что у Кельвина есть связи с преступным миром, особенно если это Саммерс Пресли.

– Я уже сказал тебе, – настаивал Кельвин. – Мы квиты. Ты только что спас мне жизнь. Если кто кому и должен, это я тебе.

– Не оскорбляй меня, – сказал Грейди. – Нам едва удается защитить тебя от кучки панков на моем участке, в моем собственном доме, и ты называешь это проявлением нашей благодарности? О, нет, нет, нет. Это позор. Стыдно, что мы не поймали этих парней первыми. Стыдно. Ты меня слышишь? Нет уж. А если бы это было так, то все равно не было бы достаточно благодарности, даже близко. Не после того, что он сделал для нас. Семья очень обязана тебе.

– Обязана моему отцу, а не мне.

– Теперь мы ничего не можем для него сделать. Долг переходит к тебе. Мы в долгу перед ним, так что мы в долгу перед тобой. Он хотел бы лучшего для своего сына. И нам не нравится быть в долгах. Назови что угодно – и оно твое. Все, что угодно.

Кельвину было неудобно. Он не знал, в какой степени его отец имел дело с главной криминальной семьей в галактике, и Кельвин не хотел быть с ними связан. Он мог бы быть умным и незаметным, если бы нуждался в этом, как и его отец, но в нем было слишком много от матери, чтобы наслаждаться этими талантами. Он также повзрослел, возмущаясь Алеатором и Роскосом за то, что они украли у него отца. Когда его друзья проводили время со своими отцами, Кельвин даже не знал своего. Последнее, чего он хотел, это заменить это, воспользовавшись ошибками отца. Но он не мог объяснить это здесь, и даже если бы он нашел слова, чтобы попробовать… Роскос никогда бы этого не понял и не принял.

Часть его хотела назвать что-то случайное просто, чтобы успокоить их, как коллекция книг, но он знал, что они никогда не примут его предложение, если только это не было что-то грандиозное. И что-нибудь грандиозное привлечет слишком много внимания. Плюс, в галактике не было ничего, что они могли бы дать ему, что он уже не мог получить для себя.

– Хорошо, я знаю, чего хочу.

– Все, что угодно.

– Я хочу, чтобы ты перестал чувствовать себя обязанным мне. Я хочу, чтобы мы были квиты. Я прощаю тебе долг.

– Я не могу этого сделать.

– Ты сказал что угодно.

– Не оскорбляй честь Роскосов, Кельвин. Давай сделаем тебе одолжение. Хочешь, чтобы мы растрепали чью-то прическу? Убрать кого-нибудь с дороги?

– Прости. Мне ничего не нужно.

– Что насчет… – Грейди понизил голос. – Как я понимаю, у тебя развился вкус к магии.

Примерно за год до этого, Кельвин остался на две ночи на Алеаторе во время отпуска, чтобы встретиться со старым другом, который теперь был императорским беглецом. Во время этого пребывания он случайно оставил в своей комнате бутылку эквария. Очевидно, Роскосы занимались домашним хозяйством.

– Что скажешь, – продолжал Грейди, – на пожизненный запас таких вещей?

– Нет, спасибо.

Было бы достаточно плохо, если бы Кельвина поймали, когда он просто использовал экварий, но его употребление наркотиков, связанное с известным криминальным авторитетом, было бы гораздо хуже.

– У меня уже есть парень для этого.

– Мы можем позаботиться и об этом, – Грейди достал свой пистолет и поставил его на стол. – Просто скажи.

– Я говорю нет.

– Мне жаль это слышать, Кельвин, – Грейди сел обратно в кожаное кресло, – но я уверен, что когда ты что-нибудь придумаешь, ты дашь мне знать.

– Ну, есть одна вещь, – сказал Кельвин, через минуту колебаний.

Грейди взбодрился и наклонился вперед.