– Минуточку! – сказал я. – Как это так вышло, что вы явились навестить дедушку в полшестого утра? У нас тут уже не первую неделю творятся непонятные делишки. Откуда я знаю, что Максвелл Хайд действительно ваш дедушка? Он о вас ни разу не упоминал.
– Ах! Ты уязвил наши чувства! – трагически воскликнула Ильзабиль.
– Он и о тебе ни разу не упоминал, кто бы ты ни был! – сказала Изадора.
И тут же они обе сразу, как будто обменявшись тайным знаком, попытались резко отпихнуть мои руки. Я не поддался. Я чувствовал, что они используют какое-то колдовство, чтобы проникнуть в дом. Не то чтобы мне это сильно мешало, зато заставило меня отнестись к ним еще подозрительнее. Потому я отпихнул их назад. Тут левая впилась зубами мне в руку, а правая пнула меня в лодыжку.
– Впусти нас немедленно! – завизжали они.
К этому времени я окончательно убедился, что девчонки тоже участвуют в заговоре и им зачем-то понадобилось взять дом Максвелла Хайда приступом. Так что я ухватил обеих за костлявые ручонки и попытался выкинуть их на улицу.
– Мы весь город поднимем! – пригрозила Ильзабиль.
– На нас напали! – заверещала Изадора. – Помогите! Здесь убивают ребенка!
Думаю, неудивительно, что этот шум разбудил весь дом, кроме Доры – Дору разбудить еще труднее, чем меня. Рядом со мной появился застегивающий рубашку Грундо.
– О небо! – буркнул он. – Это же Иззи! Только их нам не хватало!
Иззи прекратили верещать и брыкаться и обменялись усталыми взглядами.
– Снова этот медвежутик! – сказала одна.
– Приведи Родди! – распорядилась вторая.
– Да здесь я, здесь, – сонно откликнулась Родди из-за моей спины. – Почему вы, две заразы, верещите на крыльце в такую рань?
– Родди, этот огромный индийский мальчишка нас обижает! – заныла Изадора.
– Видимо, за дело, – ответила Родди. – Откуда вы взялись? Вас Джудит привезла?
Одна из близняшек тут же сделалась милой и ласковой, а другая – непробиваемо деловитой.
– Ах, милочка! – грустно сказала ласковая. – Джудит пропала! И Хеппи тоже.
– Мы попросили миссис Симпсон, чтобы она нас подвезла, – сообщила деловитая. – Мы такие находчивые!
А потом они поменялись ролями и повторили то же самое, только наоборот. Я почувствовал, что голова у меня идет кругом.
Родди вздохнула.
– Ладно, впусти их, – сказала она мне. – Я боялась, что так оно и вышло.
Я охотно отпустил Иззей. Они тут же пробежали мимо меня на цыпочках, поводя руками, как балерины.
– А собаку вы куда дели? – прогудел Грундо, когда они пробегали мимо него.
– У викария оставили, – сказала одна Иззи через плечо, поводя руками. – Еда-а! – протянула она с вожделением.
– Она и нас хотела у себя оставить, – пояснила вторая, – но мы сбежали. Кухня! – с энтузиазмом добавила она.
И они галопом устремились на кухню. К тому времени, как мы их догнали, они отыскали все пакеты с сухими завтраками, что имелись в доме, и деловито наваливали себе в миски горы разнообразных хлопьев, заливая их всем молоком, что нашлось. Пол был засыпан воздушным рисом, и они опрокинули туда же мой кофе. Я кисло достал тряпку и принялся вытирать пол, а Грундо заново поставил чайник.
– Давайте лучше сделаем тостов, – с раздражением сказала Родди. – От этих двух чудовищ толку все равно не добьешься, пока они не налопаются.
Она была очень бледная, с синяками под глазами, как будто не спала всю ночь, и казалась еще более напряженной, чем обычно. Ну зачем она все время такая напряженная? «Вот в чем беда с этой любовью, – думал я, пока варил кофе. – Девочка может нравиться тебе до безумия, но тебе приходится иметь дело не только с ее внешностью. Ты вынужден мириться еще и с ее личностью. В полшестого утра!»
– Это твои кузины, да? – спросил я, кивнув на Иззей, уплетающих хлопья с молоком.
– Ага, – сказала Родди. – Близняшки Дориной сестры. Они ужасные.
«Ну что ж, по крайней мере, у нее хватает ума это сознавать! – подумал я. – Ей несвойственны эти дурацкие родственные чувства». Хотя бы это у нас было общее, но нельзя сказать, чтобы это была прочная основа для романа. Ставя кофе на стол как можно дальше от Иззей, я был немало удивлен тем, что мне по-прежнему хочется завести с ней роман. Тем более что сама Родди меня никак не поощряла.
Тут в дверь сунулась сонная физиономия Тоби. Он увидел Иззей и побледнел.
– О нет! – сказал он. – Только не это! Пойду-ка я лучше козу проведаю.
И исчез.
– Сто процентов против! – хмыкнул Грундо. – Вот тосты. Родди, ешь!
– А я что, говорила, что не буду есть? – огрызнулась она.
– Нет, – буркнул Грундо. – Ты просто так на них смотрела…
Он дождался, пока Родди откусила кусок, и обернулся к Иззям.
– Ну, рассказывайте. Как именно пропали Джудит и Хеппи? И когда?
Изадора, которая наваливала себе четвертую миску, подняла голову.
– Сперва мы хотим еще молока и тостов.
– Молоко вы все извели, – ответил я.
– Тогда наши уста замкнуты! – сказала Ильзабиль.
– Ничего подобного! – сказала Родди. – Пусть одна из вас делает тосты, а вторая рассказывает. – Она откусила большой кусок тоста и добавила: – Не забывайте про клопов!
Иззи обменялись нежными, ангельскими взглядами.
