Бежать бегом я не осмеливался, однако шел довольно быстро. Я прошел по коридору мимо толстой француженки – она снова зыркнула на меня исподлобья – и отворил дверь во двор. Дверь была узкая, мне пришлось повернуться боком, чтобы протиснуться. Благодаря этому я заметил, как в дверь кафе вошел офицер, что летел вместе с нами. Офицер размахивал мобильником, и вид у него был весьма взволнованный. Сразу видно, что он разыскивал нас по всему городу.
Я тихо-тихо прикрыл за собой дверь и рванул через двор к черному ходу. За калиткой оказался переулок, заставленный мусорными баками. Но солдат там не было. Пока. Думаю, офицер просто не был уверен, что найдет нас здесь, потому и не приказал оцепить квартал. Но у входа в кафе наверняка поджидает целый отряд. Я бросился бежать.
Я помчался как угорелый, выскочил из переулка, миновал еще несколько улиц, при любой возможности сворачивая в гору. Наверное, зря я так делал. Во-первых, улицы становились все более крутыми, местами они даже переходили в лестницы. Во-вторых, вокруг скапливалось все больше народу: влюбленные парочки, старушки у дверей – поэтому, когда позади послышались крики, полицейские свистки и топот множества ног, бежать я уже не осмеливался. Люди заметят, что я бегу, и непременно укажут на меня полиции.
А потом стало еще хуже. Внезапно раздался голос Арнольда, звучащий словно бы внутри меня: «Ник! Николас Морис! Иди сюда! Мы хотим задать тебе несколько вопросов». Я и забыл, что они маги. Очевидно, они выслеживали меня с помощью магии.
Потом послышался голос Дэйва: «Хватит, Ник. Не делай глупостей. Николас Морис, все подразделения безопасности подняты по тревоге, тебе не уйти!»
«Мое имя не Николас! – лихорадочно подумал я. – Меня на самом деле зовут Никотодес Эвтандор Тимозус Бенигди Корифоид!» Впервые в жизни я был рад тому, что у меня такое длинное чужеземное имя. Оно как будто заглушало эти голоса. Я повторял его снова и снова и все брел вверх, в гору, пока совсем не запыхался и не вспотел, как в парилке. Я шагал и шагал, на каждом шаге повторяя:
– Никотодес – пфф! – Эвтандор – пфф! – Тимозус – ох! – Бенигди – уф! – Корифоид!
И голоса исчезли, а я вдруг очутился среди ярких огней, магазинов и толп народа.
«Ну слава богу! – подумал я. – Я смогу затеряться в толпе!»
Тут была нормальная городская жизнь. Никто даже не смотрел в мою сторону, пока я пробирался мимо столиков на мостовой, за которыми пили и ели люди. Я перешел через дорогу вместе с веселой компанией, выбравшейся потусоваться. Они все были одеты куда лучше меня, но все равно на меня никто и не взглянул. Шагая вдоль другой стороны улицы и разглядывая дорогие витрины, я слегка отдышался и только почувствовал себя в безопасности, как вдруг с обеих концов на улицу хлынули люди в форме. Полицейские и солдаты никому не давали покинуть улицу, и наряды полиции двигались в мою сторону, проверяя у всех документы.
Я рванул в ближайший переулок. В противоположном конце переулка было что-то вроде большой церкви, и, увидев ее, я остановился как вкопанный. У входа в церковь стояли двое солдат с ружьями на изготовку. Быть может, в этом мире действительно можно было припасть к алтарю, сказать: «Прошу убежища!», и тогда тебя никто не тронет. Именно этого они и не хотели допустить. Я прислонился к стене, думая, что теперь делать. Я в принципе знал, что надо сделать, – просто уйти в другой мир или вернуться в свой собственный. Но у меня это почему-то не выходило, как я ни упирался плечами в ту стенку, – точно так же, как не выходило это дома. Я просто не знал, что делать.
И тут я подумал: «Стоп!» Я ведь большую часть сегодняшнего дня провел на дереве в каком-то совершенно другом месте. Это место должно быть довольно безопасным, если только я сумею туда попасть. Надо попробовать!
Я огляделся – и не поверил своим глазам. Тропы, ведущие в этот лес – и в разные другие места, – расходились прямо от той точки, где я стоял. Они выглядели синеватыми и смутными и шли под странными углами к переулку, однако были вполне настоящими, как и говорил Романов. Я тут же бросился бежать по ближайшей тропе.
Тут тоже была ночь, и довольно темная, но не успел я уйти далеко, как увидел овал бирюзового света – крикетный стадион. Ориентируясь по нему, я трусцой направился в сторону, в лес. Там было темно, хоть глаз выколи, лес был полон странных шорохов и уханья ночных птиц, однако я не позволял себе обращать на это внимание и бежал все дальше. «Найду эту пантеру, – думал я, – залезу на дерево, и пусть она меня защищает! Авось это решит все проблемы».
Когда я пробирался сквозь очередные заросли кустов, откуда-то вдруг запахло сырым мясом, и я услышал урчание и треск костей на зубах. Я понял, что нашел пантеру. Она выглядела как пятно тьмы под соседним кустом. Но не успел я ничего сказать, как она издала низкий утробный рык.
«Прочь! Я занята! Я ем! МОЕ!!!»
