Сейчас ясно видно, к чему привели такое выделение, засекреченность и изоляция: никто в ЦРУ, не связанный непосредственно с группой «Хаос», не имел никакой возможности контролировать ее деятельность. Свидетели дали массу показаний относительно причин столь строгой засекреченности операции «Хаос». Называли главным образом две причины. Первая из них состоит в том, что группа хотела не допустить вмешательства в личную жизнь американцев, чьи имена фигурировали в заведенных ею досье. Вторая — в опасениях работников группы «Хаос», что другие работники ЦРУ, не проинформированные заранее о проекте в целом, неправильно поймут существо операции «Хаос», если до них дойдут лишь обрывочные сведения. Можно с уверенностью утверждать, что руководители ЦРУ желали избежать возможных подозрений в том, что организация занимается вопросами внутренней безопасности. Они знали, что, по меньшей мере, часть мероприятий, проводившихся в рамках операции «Хаос», граничила с противозаконными действиями и что, если бы эти факты стали достоянием гласности, они вызвали бы враждебную реакцию общественного мнения.
Несмотря на все усилия, предпринятые, чтобы сохранить в тайне операцию «Хаос», в ЦРУ о ней были довольно подробно информированы более 600 человек. Значительному числу сотрудников ЦРУ требовалось быть в курсе операции для осуществления своей телеграфной связи с заграницей.
До работников ЦРУ доходило не так уж мало сведений об операции «Хаос», что дало возможность в 1971 году группе из 14 сотрудников — руководителей среднего звена написать две памятные записки, в которых ставилась под вопрос целесообразность проекта. Хотя только один из них располагал полной информацией о деятельности группы «Хаос», многие другие знали о ней достаточно, для того чтобы участвовать в подготовке записок.
Ряд сотрудников, уже давно участвовавших в оперативной работе, а также входивших в руководство различных отделов, также выступили против деятельности группы «Хаос» или отнеслись к ней скептически. Некоторые начальники отделов не желали брать на себя ответственность, когда речь шла о сборе сведений для группы, и пытались оставаться в стороне от информации, предназначенной для исключительного использования группой. Когда группа «Хаос» ввела в действие собственную агентуру, некоторые оперативные работники восприняли это как вмешательство в их дела.
Кроме того, сдержанность в отношении операции «Хаос» отчасти основывалась на «философских» принципах. Например, один свидетель, описывая отношение своей службы к операции, назвал его «полностью отрицательным». Записка от мая 1971 года подтверждает, что этот отдел не желал иметь никаких связей с группой «Хаос», поскольку, по его мнению, то, чем занималась группа, относилось скорее к компетенции ФБР. У этой службы было мало контактов с группой «Хаос», и сотрудничество между ними ограничилось лишь тем, что она рекомендовала группе «Хаос» одного кандидата для использования в качестве агента.
Тот факт, что Хелмс в своей записке от 6 сентября потребовал, чтобы группе «Хаос» оказывали поддержку, указывает, по-видимому, на существование довольно явного враждебного к ней отношения. В этой записке, разосланной всем начальникам управлений ЦРУ, Хелмс заверял их в том, что эта операция не выходит за рамки устава ЦРУ, и требовал, чтобы они оказывали ей поддержку.
В записке от 5 декабря 1972 г. приведено мнение Хелмса об операции «Хаос»:
«„Хаос" является нормальной контрразведывательной операцией ЦРУ, которая не может быть приостановлена лишь из-за того, что некоторым работникам организации не нравится это мероприятие».
В 1972 году, когда пошло на убыль участие США в войне во Вьетнаме и снизилась активность движения протеста, операция «Хаос» утратила свое значение. Сократился поток сообщений, да и опасения Белого дома в отношении иностранного вмешательства тоже уменьшились. В середине 1972 года Группа специальных операций начала переносить центр своего внимания на другие области разведки.
В конце 1973 года новый директор ЦРУ — Уильям Е. Колби, знакомясь с «довольно пикантными» мероприятиями организации, приказал всем управлениям следить за тем, чтобы действия ЦРУ оставались в рамках закона. В памятной записке по этому вопросу директор ЦРУ отмечал, что операция «Хаос»
