Не обращая внимания на то, что воспрепятствовало борьбе, я внезапно принял человеческий облик, пока вставал на ноги. И не медля понесся к своей девочке, но и тут отец меня приостановил:
- Вернись! Время для нее остановилось...
- Что это значит? - оцепенел я.
И медленно развернулся, наконец, осознав, что в доме появился и родитель.
- Ой, да жива она, жива! - закатил глаза Люцифер и сложил на груди руки. - Не идет для нее время. Понимаешь? Ну, ты чего? Жива она и без сознанья. Может, подойдешь уже?
- Вам всем чего надо в моем доме? - рассердился я.
- Какой гостеприимный, - хохотнул отец. - Выпивкой бы лучше угостил! Сложный денек выдался.
Люцифер по-хозяйски прошел до кресла, раскрепощенно устроившись в комфортабельном мебельном изделии. При этом закрыв глаза и коснувшись указательным пальцем лба. Но спустя пару секунда ярыми глазами посмотрел на Убийство:
- Охоту запрещаю на девчонку я отныне! Понял ли ты меня?
- Да отец, - смиренно ответил тот уже тоже в человеческом обличии.
Убийство смиренно склонил голову, но образ его продолжал разить раздражением.
Мы с братьями свирепо недолюбливаем друг друга. Отцу это нравится. Но при этом он еще имеет наглость удивляться, почему я им всем не рад.
Мои глаза расширились от удивления:
- Отец я вроде не продавал тебе душу, почему ты встал на мою сторону?
Люцифер сложил ладони замком и невинно на меня посмотрел:
- Хочу лишь посмотреть, как соблазнишь ты несовершеннолетнее дитя. Не справишься? Возьмусь я сам за это дело!
Я покачал головой.
- Ты мягким стал дитя мое в последних временах. Иль добрым что ли... Ой, тьфу-тьфу.
- Может меня подкинули? - сердился я.
Ранним утром, когда я заканчивал чинить лестницу, из комнаты вышла сонная Инна, зевая на ходу. Но тут же встав у первой ступени словно оцепенела, а в глазах застыл ужас.
- Что такое дочь? - я оглядел холл, а потом опять взглянул на нее.
- Муть какая-то снилась снова, - хотела отмахнуться испуганная девушка. Но почему-то передумала: - У нас в доме вот прям тут внизу дрались два... Каких-то монстра жутких, - Инна терялась в словах, пробуя объяснить то, что приняла за сон. - А я так напугалась, что попятилась назад и провалилась в этой лестнице. И тут ты ее чинишь...
- Мне казалось в последнее время она начала поскрипывать, - как всегда лгал я. - Но я все устранил.
Инна нагнулась и прошлась ладонями по собственным ногам:
- Такое ощущение, что они болят, будто бы все случилось взаправду. Я прям, помню, как их переломала во сне...
А затем Инна присела на ступень. И я присел рядом приобняв за плечи.
- Пап, а тебе не снятся страшные сны?
- Только если мне начнут звонить благодарные трупы!
Инна сначала рассмеялась, но после грусть вернулась к девушке снова:
- Мне как-то страшно спать. Сны слишком реальны! Особенно если это кошмары.
- Еще тогда в больнице врач предостерегал о том, что в результате пережитого стресса тебе могут сниться кошмары. Но ты меня пугаешь своими рассказами, поэтому нам следует обратиться к психологу. Думаю, медикаментозное лечение поможет.
Хотя я так вовсе и не думал. Никакие лекарства не помогут ведь эти сны - это явь.
- Инна мне даже становится не по себе. Как идти сегодня на работу и оставлять тебя одну в таком состоянии? - переживал я.
- А в каком я состоянии? - испугалась моя девочка.
- Нет, ты в нормальном состоянии, - поторопился оправдаться я. - Только у меня ночная смена, а тебе кошмары снятся...
- А что бы ты сделал, если бы не твоя ночная смена? - рассмеялась Инна. - Я уже взрослая для колыбельных.
- Но не для меня, - я прижал девушку к себе, прикоснувшись щекой к ее голове.
На холодной темной стали секционного стола лежало обезглавленное туловище, вблизи с коим находились отсеченные в плечевом суставе руки и в тазобедренном ноги.
Я посмотрел на бирку с регистрационным номером на запястье грязной твердой руки:
- Не опознанная?
Леха пожал плечами:
- Только что принял до твоего приезда. Вы кстати в курсе, куда исчезла Катька? Которая медсестра с гинекологического отделения.
- Ты думаешь это она? - уставился я на него когда запихивал в нос ватные турунды, поверх двойную маску. А на руки надевал перчатки.
- Да я ж, откуда знаю, - с некой долей смущения изумился тот. - Я ее не созерцал голой. К сожалению конечно.
- К сожалению, это потому что хотелось? Или потому что сейчас без проблем определил бы, принадлежит это тело медсестре или нет? - хохотнул из-под маски Дима. - Фу-у вонь такая хоть противогаз одевай.
Я в ответ тоже поморщился и кивнул, хотя мне было все равно даже на самые тошнотворные запахи. Я имел возможность не дышать. Но в мире людском мне было забавно играть по их правилам. Да и конспирироваться надо!
- Уже хорошо то, что в съедобное не съедобное не играем, - сказал я.
А после скорченных гримас коллег спросил еще:
- И так кто же видел Екатерину голой? И где голова трупа?
Мой первый вопрос был риторическим. А так же я видел медсестру в неглиже и без всяких экспертиз знал, что на столе лежит именно ее тело.
- А голову так и не нашли, - ответил Леша.
Я слушал краем уха, уже разрезая скальпелем мертвую плоть.
